— Что и требовалось доказать, — натянуто улыбнулся Калинин и спрятал руки в карманах брюк. — Если бы тебе было плевать на меня, ты бы не загрузилась так. А ты уже несколько минут пребываешь в трансе. Копаешься в себе?
Я посмотрела ему в глаза и ничего не понимала.
— Вика, это нормально. Люди в течении жизни часто делают выбор, сначала любят одних, потом других. Я просто хотел, чтобы ты поняла, что на Макаре свет клином не сошелся. Может, у вас с Поляковым и не любовь вовсе, а зависимость… Страсть, она угаснет со временем. Вика, дай мне шанс… — проговорил он и сделал шаг в мою сторону. Я интуитивно попятилась.
— Я слово дала, что дождусь Макара и не намерена предавать. Я не такой человек. Ты прав. К тебе стала что-то испытывать, но люблю до умопомрачения Полякова. Мне стоит только о нем подумать и уже мурашки по спине. Прости, но я не дам тебе шанс. Мы можем быть только друзьями, но сомневаюсь, что у нас теперь это получится, после всего… — вздохнула я.
— Если у тебя с Макаром ничего не сложится, ты дашь мне шанс? Я бы сделал все, чтобы ты была счастлива. Вика… Ради тебя готов горы свернуть. Тянет к тебе. Как только не пытался выбросить из головы твой образ, ничего не выходит. Везде перед глазами твоя улыбка, добрый взгляд, — сказал Калинин и с шумом втянул в себя воздух. Я обхватила себя руками. Меня лихорадило.
— Вот если ничего не сложится с Поляковым, тогда и поговорим. Может, к тому времени, ты найдешь ту, которая перевернет всю твою жизнь. Прости. Не могу я ответить тебе взаимностью. Мое сердце не свободно, и ты об этом прекрасно знал.
— Вика, я все понял, не переживай. Нам пора возвращаться к гостям, пока не заподозрили неладное, — усмехнулся Калинин.
Я закатила глаза и прошла мимо него. Как ни старалась, а осадок остался в душе. Я веселилась, смеялась, здорово отметила свой день рождения, но покоя не давали мысли. Калинин же сделал вид, что никакого разговора между нами не было.
На следующий день меня ждал сюрприз. Андрей оставил в почтовом ящике письмо, в котором просил меня не закрываться и не избегать его. Каждое утро перед учебой или работой получала весточку от Калинина. Он то цветы оставлял на пороге квартиры, то коробки конфет привязывал к дверной ручке, чем вызывал у меня улыбку. На глаза мне не показывался, зато напоминал о себе постоянно. Спустя несколько недель после дня рождения Андрей все же отважился и пришел ко мне в гости. Мы снова начали общаться как друзья, сделав вид, что не было того поцелуя. Вот только Калинин не догадывался о том, что в тот самый момент отравил меня. Против воли стала часто думать о нем. Если Андрей был занят, то я невольно скучала.
Незаметно подкрался ноябрь. За это время моя жизнь не изменилась. Я часто составляла компанию Ирине Михайловне и Сергею Ивановичу. Так привязалась к этим людям, что порой создавалась иллюзия, будто они мои родственники. На работе все было как всегда, то мирные дни, то хотелось застрелиться. Закончив смену, заметила на улице Андрея. Он стоял около мотоцикла и курил. Заметив меня, затушил сигарету и выбросил в урну.
— Ты что тут делаешь? — улыбнувшись, поинтересовалась я. Калинин несколько недель не приезжал ко мне на работу, домой меня завозил все это время Илья.
— Прокатимся? — предложил Андрей и протянул мне шлем. Я мысленно порадовалась, что утром надела джинсы. Приняла из рук Калинина шлем, натянула на голову, а потом забралась на мотоцикл. Обвила руками теплый живот Андрея, и против воли сердце учащенно забилось. Прижалась к мужской спине. И когда только мальчишки с моего двора успели превратиться в мужчин?
— Вика, ты мне ребра сломаешь, если будешь так крепко держаться, — усмехнулся он.
— Нечего жаловаться. Если буду плохо держаться, то свалюсь и разобьюсь, — хмыкнула я, а Калинин хохотнул. Я вдруг поймала себя на мысли, что мне нравился его смех, то спокойствие, которое от него исходило. Встряхнула головой, не подпуская к себе эти странные мысли. — А мы куда поедем? — уточнила на всякий случай.