— Что ты делаешь? — зашипел он, тяжело дыша. — Я и так еле сдерживаю себя.
— Я когда у Леши наводила порядок в комнате, то нашла книгу, — выдохнула, облизнув пересохшие от волнения губы. Хорошо, что в полумраке Макар не видел, как у меня горели щеки от смущения. — Прочла, как девушки могут доставить удовольствие. Хотела… Если доверишься… В общем… Я… — запинаясь говорила, пытаясь делать вдохи. Сердце оглушало своими ударами. Я волновалась так сильно, что меня лихорадило.
— Макарунчик! Ты меня с ума сведешь. Какая еще книга? — усмехнулся Поляков, покачав головой.
— Можешь помолчать и просто довериться? — с раздражением проговорила, снова попыталась прикоснуться к любимому. Макар насторожился, судорожно сглотнул.
— Хорошо, — выдохнул он, отпустив мою руку.
У меня адреналин зашкаливал так, что боялась умереть от разрыва сердца. Изучала его тело точно так же, как он мое. Нежно водила ладонями по груди, животу, спускаясь ниже. Прикоснулась к твердой плоти. Макар с шумом втянул в себя воздух. Осторожно, неумело, провела языком по уздечке. Мурашки побежали по спине, когда услышала стон, сорвавшийся с губ любимого. Меня затопили невероятные эмоции. Чувствовала свою власть над Макаром и это не просто возбуждало, опьяняло. Мои прикосновения стали увереннее, внимательно следила за реакцией Полякова, пыталась изучить любимого, чтобы понимать, что ему доставляло удовольствие, а что нет.
— Вика, — судорожно выдохнул он, собрав мои волосы в кулак. У меня сердце пронзило иглами наслаждения, когда осознала, что смогла подарить любимому человеку наслаждение, что не только брала, но и научилась отдавать. Довела Макара до пика удовольствия. Он притянул меня к себе и прижал так крепко, что чуть ребра не сломал.
— Моя девочка, — выдохнул он, лихорадочно целуя мои щеки, губы, сминая волосы на затылке. — Как же я тебя люблю…
Слышала, как колотилось его сердце, мое билось в таком же ритме. Интуитивно ощущала то, что мы стали еще на один шаг ближе друг к другу. Лежали молча, но тишина не давила, наоборот, чувствовалось единение душ. Поляков нежно водил пальцами по моей спине, а я вырисовывала узоры у него на груди. Не заметили, когда уснули в объятиях друг друга.
Проснулась из-за странного стука. Наморщила нос, разлепила веки, а потом до меня дошло, что так и лежала на груди у любимого. Приподнялась и посмотрела на Макара, улыбнулась. Он, не открывая глаз, снова прижал меня к себе и поцеловал в макушку.
— Ты обещал уйти утром к себе, — напомнила я, поцеловав его.
— Не хочу, — лениво протянул Поляков, одарив меня влюбленным взглядом. — Никуда не уйду, всегда буду рядом.
— Макар, мне неловко перед твоими родителями, — серьезно проговорила, нахмурилась. Поляков обхватил мои щеки, прижался губами к моим губам, нежно покусывал, дразнил, заставлял меня таять.
— Макарунчик, ради тебя на все что угодно готов, — выдохнул он, поднялся, оделся и подошел к двери. Любимый обернулся, улыбнулся и подмигнул мне. — И как дождаться окончания службы? Не хочу с тобой расставаться.
У меня сердце оборвалось, слезы собрались в глазах, но я их удержала. Мне тоже не хотелось расставаться. Однако время было против нас, оно неслось очень быстро. Это только ожидание всегда тянется медленно. Что за насмешка судьбы?
— Люблю тебя, — проговорила еле слышно.
Привела себя в порядок, а затем вышла из комнаты в общую гостиную. Макар сидел на диване перед телевизором. Ирина Михайловна и Сергей Иванович появились в помещение через несколько минут после меня.
Погода была отличная, поэтому мы решили погулять по городу. Любовались памятниками, архитектурой, местными достопримечательностями. Когда проголодались, зашли в кафе. Вчетвером отлично проводили время. Сергей Иванович часто шутил и веселил нас. Мы были в тот момент настоящей семьей, родственными душами. Чтобы я не замерзла, Макар часто прижимал меня к себе. Поляков делился со мной своими мечтами. Хотел вернуться из армии и жениться на мне, получить образование и хорошую работу.