— Как же хорошо, когда есть сестра, пусть и названная, зато на моей стороне, — усмехнулся Поляков, а Гончарова закатила глаза. Я вообще не понимала, что происходило? Что они не могли поделить?
— Хватит приставать к моей девушке, — зашипел Леша, прижав к себе Олю.
— Леха, успокойся. Я у друзей девушек никогда не уводил и не собираюсь. У нас этим только один человек занимается. Где Калинин? Не пришел, потому что чувствовал, что я ему зубы пересчитаю? — с раздражением проговорил Макар.
— Он собирался приехать на вокзал, но по семейным обстоятельствам не смог. У его девушки кто-то из родственников умер, он поехал с ней помочь ее родне, — пояснил мой брат. Поляков заметно расслабился, узнав о том, что у Калинина есть Кристина.
— Мне никто ничего не хочет объяснить? — возмутилась я, сложив руки на груди. Макар улыбнулся, обвил мой живот руками и уткнулся носом в висок.
— Скоро все узнаешь, потерпи, — прошептал он мне на ухо, обжигая кожу своим горячим дыханием. У меня бабочки запорхали в животе, сладкая дрожь пробежала вдоль позвоночника.
Оля прикусила губу, чтобы спрятать улыбку, а вот Леша хмурился и тяжело вздыхал. Любопытство разъедало. Что же они скрывали от меня?
Когда за окном стемнело, гости стали расходится. Ко мне подошел Леша и кашлянув, набрал в легкие побольше воздуха. Я удивленно смотрела на брата. Создалось впечатление, что он собирался с мужеством, чтобы что-то мне сказать.
— В общем, я отпросил нас с тобой. Домой нас не ждут. Сказал родителям, что мы у Макара до утра будем праздновать, так что встречаемся ровно в девять в квартире Оли. Я сегодня у нее переночую, пока ее мама на дежурстве. Без меня домой не заходи, иначе спалимся.
— Ничего не понимаю, если ты хотел переночевать у Оли, то мама бы тебя отпустила, ты же не ребенок, — ничего не понимала я, никак не могла уловить суть сказанного.
— Вика, не тормози. Тебя родители не отпустят ночевать у Поляковых. Разрешили только с одним условием, что я буду рядом с тобой. Вот и создадим видимость, что были вместе у Макара дома, — пояснил брат.
— Я тут не останусь ночевать, — прошептала, строго посмотрев на брата. — У Макара дома и родители, да и родственники остаются. Не хочу мешать, да и не прилично это.
— Я знал, что ты именно так мне и ответишь, если предложу тебе остаться, — усмехнулся Поляков и обнял меня, а я вздрогнула от неожиданности, потому что он незаметно возник рядом со мной. — Поэтому обувайся, мы уходим.
— Куда? — удивилась я. У меня сердце чуть не пробило грудную клетку. Честно признаться, не собиралась оставаться наедине с Макаром, я еще к нему не привыкла, и было страшно до чертиков.
— Макарунчик, мои родственники будут ночевать здесь, а мы с тобой отправимся в квартиру Ивана Макаровича. Он мне ключи дал, — улыбнулся Поляков, а я судорожно сглотнула. Как-то не была готова к такому повороту событий. Коленки затряслись от страха, мурашки поползли по спине. Не могла придумать повод, чтобы сбежать. Наверное, мое сомнение отразилось в глазах, потому что любимый прищурился, на скулах желваки заходили.
— Ты что, боишься меня? — рыкнул он. — Считаешь, что могу обидеть?
— Нет, — выдохнула, отрицательно покачав головой. — Просто отвыкла от тебя, — честно призналась, посмотрев в зеленые глаза. Его взгляд смягчился, там отразились искорки и тепло.
— Не переживай, быстро привыкнешь, — подмигнул он мне. — Я тебе хорошенько напомню, — пообещал Макар, припав губами к пульсирующей венке на шее. Я чуть не задохнулась от эмоций.
Мы простились с родными Макара и вышли в подъезд, спустились на этаж Оли. Подруга улыбнулась и пожелала удачи. Леша хотел что-то сказать, но Гончарова затолкала его в свою квартиру и захлопнула дверь.
У меня кровь стучала в висках, а по венам текло что-то горячее, вязкое и обжигающее. Макар сжал мою руку и повел за собой. Любимый казался спокойным. Я же шагала на негнущихся ногах, словно меня вели на казнь. Чего боялась? Не могла себе этого объяснить…
Поляков открыл подъездную дверь и пропустил меня вперед. Я подошла к лифту и переминалась с ноги на ногу. Все сомнения вылетели из головы, когда Макар с жадностью впился в мои губы, сжал пальцами талию, оторвал меня от пола и занес в лифт. Мы как одержимые целовались, кусались, лихорадочно цеплялись друг за друга. Не разрывая поцелуя, Макар вытолкал меня из лифта и прижал к входной двери. Покусывал шею, забравшись руками под куртку, водил горячей ладонью по моему животу, вызывая мурашки.
Поляков, тяжело дыша, отстранился, достал ключи из кармана и открыл дверь. Снова оторвал меня от пола и занес в квартиру на руках. Я ахнула, заметив на полу лепестки роз и расставленные вдоль плинтуса светящиеся маленькие ночники в виде свечей.