Поляков лихорадочно целовал мои щеки, гладил ладонями по волосам, а потом уткнулся носом мне в висок и тяжело вздохнул.
— Боже! Вика, как же я тебя люблю… Может, к черту свадьбу? Раз нет денег на нее, давай просто возьмем паспорта и распишемся. Отметим потом в семейном кругу. Хочу, чтобы ты была моей, мою фамилию носила, чтобы не покидала меня… Желаю засыпать и просыпаться с тобой в одной кровати, — проговорил любимый, прожигая меня взглядом. Я нахмурилась. Честно признаться, всегда мечтала о белом платье. Мне не нужна была пышная свадьба, хотелось лишь, чтобы этот день стал особенным, памятным. Знала многих людей, которые, просто поставив штамп в паспорте, потом уже не устраивали праздник, а невесты не надевали белые платья… Может, я вела себя как капризный ребенок, но мечтала о сказке. Желала выйти замуж раз и на всю жизнь, чтобы этот особенный день запомнился.
Приподнялась на локтях и строго посмотрела на Макара.
— Я больше всего на свете мечтаю стать твоей женой, но мне хочется надеть бело платье… — призналась, смущенно отвела взгляд в сторону. Поляков осторожно убрал с моего лица выбившуюся прядь волос.
— Вика, я куплю тебе платье, оплатим фотографа, запечатлеем на память это событие, но не будем никого приглашать. Только ты, я и родители. С друзьями и родственниками отметим потом, когда средств накопим.
— Это отличный вариант, — улыбнулась я.
— Надо будет родителям про наш план рассказать, — подмигнул Макар, сорвав с моих губ легкий поцелуй. — Кстати, у моей красавицы, через несколько дней день рождения. Макарунчик, есть пожелания по подарку?
— Только одно, — улыбнулась я и лукаво прищурилась. — Чтобы ты всегда был рядом.
— Как смотришь на то, чтобы отметить вчетвером? Возьмем Леху с Олей и махнем ко мне на дачу? — предложил он, а я нежно провела ладонью по его щеке, взъерошила волосы и чуть не утонула в омуте зеленых глаз. Сердце снова плюхнулось куда-то вниз, а в животе бабочки запорхали.
— Отличная идея, — ответила, притянув его за затылок, покусывая любимые губы, которые сводили меня с ума.
— Домой тебя не отпущу! Оставайся у меня, — заявил Макар, а я отрицательно покачала головой.
— Мне уже пора. Ты же знаешь, как моя мама относится к ночевкам вне дома… К тому же мне не удобно перед твоими родителями. Вот поженимся, тогда и будем жить вместе, — ответила я и попыталась подняться, однако Поляков не позволил, снова прижал меня к дивану.
— Какая же ты упрямая! Вечно поступаешь по-своему. И почему это я должен тебе всегда во всем уступать? Вот возьму и привяжу тебя, чтобы никуда уйти не смогла, — наигранно пригрозил Макар, а я показала ему язык.
— Звучит заманчиво и… Возбуждающе, — хохотнула я.
Макар не сдержал улыбку, поцеловал меня в нос и отстранился.
— Я не шучу. Останься, — попросил любимый, посмотрев на меня с тоской.
— Тебе полезно немного поскучать, а то перестанешь ценить, если все время буду рядом, — ответила ему. Поляков с шумом втянул в себя воздух и прищурился, одарив меня убийственным взглядом.
— У меня очень часто возникает дикое желание придушить тебя за твои слова, — покачал он головой, проведя рукой по волосам.
— Поверь мне, у меня тоже порой возникают такие же чувства, когда ты меня ревнуешь к парням с работы, — ответила, вздернув подбородок. Поляков притянул меня к себе, уткнулся подбородком в макушку и тяжело вздохнул.
— Как тебя не ревновать? Вижу, как на тебя смотрят мужчины и до скрежета зубов хочется каждому свернуть шею, чтобы не пялились на мою любимую, — проговорил он, а я улыбнулась, посмотрела в его глаза, обхватила за затылок и притянула к себе. Наши губы слились в глубоком поцелуе.
— Я тебя люблю… Никого больше не замечаю, поэтому прекрати ревновать. На тебя тоже девчонки смотрят, я же по этому поводу не возмущаюсь. Оксанка Васильева так вообще слюни пускает, глядя на тебя. Проводила своего Колю в армию, а на тебя засматриваться стала. Не понаслышке знаю, что Оксана в тебя влюблена была с детства. Так что это мне надо держать ушки на макушке, — усмехнулась я и показала Макару язык. Он закатил глаза и щелкнул меня пальцем по носу.
— Ой, глупышка… Мне ты нужна. Зачем мне Оксана? Только с тобой у меня башню сносит, с другими нет душевного насыщения. Так что выброси из своей головы глупости, — заявил он и поцеловал меня в висок. Я уперлась кулачками ему в живот и состроила гримасу. Мы стали дурачится, как в детстве. Бросались друг в друга подушками, щекотали друг друга, смеялись, пока не рухнули на пол. Лежали, тяжело дыша, улыбались, глядя друг на друга искрящимися глазами. Я была уверена в том, что Макар и есть моя судьба, казалось, что мы две половинки единого целого.