— На лакированных шпильках зенджи. Маззику нравится, когда я выгляжу изысканно.
— Неплохая маскировка для телохранителя, — одобрила Кароли. — К слову о маскировке, мне кажется, в какой-то из этих шпилек кроется передатчик или комлинк. Ее тоже оставь здесь, хорошо?
Шада поморщилась:
— Тебя не проведешь. — Вытащив из-за правого уха передатчик, она бросила его рядом со снаряжением. — Я так рада, что мы не враги. А кто держит под наблюдением другие пути наверх?
— Я прибыла сюда с клиентом. — Кароли кивнула в сторону надстройки. — Он там.
«Неужели засел там со снайпером?»
— Какими судьбами? — поинтересовалась Шада.
— Тебе это знать без надобности. Тебя только что сменили на посту.
Она сдвинула брови:
— Да что ты говоришь? Я работаю на Маззика больше двенадцати лет. Нельзя просто взять и разорвать все отношения.
— Можно, и это уже сделано, — отрезала Кароли. — Теперь уже ясно, что шайка Маззика не станет всегалактической организацией, как надеялись мистрил, когда внедрили тебя к нему. А поскольку Союз контрабандистов Тэлона Каррда приказал долго жить, Одиннадцать пришли к выводу, что твои таланты пропадают зря. Пора менять приоритеты.
— Ладно. — Шада попятилась на пару шагов вдоль края крыши, вытягивая шею, как будто хотела углядеть, где прячется загадочный клиент. — Я сегодня же скажу Маззику, что увольняюсь. Утром мы уедем, куда скажешь.
Бывшая напарница покачала головой:
— Извини, но мы уезжаем сейчас.
Шада вперила в Кароли сердитый взгляд, незаметно высчитывая разделявшую их дистанцию. Три метра — почти идеально.
— С чего бы это? Чтобы никто не помешал твоему новому клиенту убить Маззика?
Даже в сумраке было видно, что Кароли поменялась в лице. Но зато с голосом справилась превосходно.
— Шада, советую тебе вспомнить, в чем наше призвание, — произнесла она. — Мы мистрил. Нам дают приказ, и мы его исполняем.
— У меня обязательства перед Маззиком, — тихо напомнила Шада. — Когда-то мистрил чтили не только приказы, но еще честь и долг.
Кароли фыркнула сквозь зубы:
— Честь... Ты совсем оторвалась от реальности?
— Пожалуй, да. Я всегда тешила себя мыслью, что принадлежность к мистрил ставит меня на несколько ступеней выше наемников и головорезов. Уж прости мне мою наивность.
Бывшая напарница помрачнела:
— Мы соглашаемся на все, что помогает нашему народу выжить. Если гнусный хатт хочет прикончить не менее гнусного контрабандиста, нам нет до этого дела.
— Поправочка: тебе нет дела, а мне есть, — проговорила Шада. — У меня работа такая, Кароли, а ты либо не путайся под ногами, либо пеняй на себя. — Скользнув рукой вдоль пояса, она пристегнула карабин...
Кароли едва заметно дернула кистью, и в ее руке словно сам собой появился бластер.
— Замри, — приказала она. — Убери руки от карманов. Пустые.
Шада уронила руки по бокам и даже растопырила пальцы, чтобы показать, что ничего не прихватила.
— Тебе придется убить меня, иначе ты меня не остановишь, — предупредила она.
— Надеюсь, до этого не дойдет. Повернись.
Ну вот и все. Шада, все так же расставив руки, повернулась на девяносто градусов и оказалась лицом к световому люку...
А затем, сделав шаг назад, полетела с крыши спиной вниз.
Она ожидала выстрела вдогонку. Но бывшая напарница либо остолбенела от неожиданности, либо достаточно хорошо держала себя в руках, чтобы палить почем зря. Гадать о причинах Шаде было не с руки. Предохранительный канат туго натянулся, и вот она уже летит прочь от стены, закручиваясь на тросе вокруг последнего крюка, который воткнула под самой крышей. По ее прикидкам, через две секунды она обернется вокруг опорной точки и качнется маятником обратно на крышу, где поджидает Кароли с бластером наготове.
У нее было всего две секунды, чтобы придумать, как вывести из игры старую подругу.
Ничего не подозревавший пересмешник даже пискнуть не успел, когда Шада выдернула его из гнезда. Напоследок она умудрилась прихватить и яйцо, и тут «маятник» понес ее вверх.
Две секунды истекли. Пристроив птицу у себя на плече для броска, Шада увидела на краю крыши Кароли, которая со всех ног бросилась к тому месту, откуда она прыгнула. Бывшая напарница сосредоточенно целилась вниз, вдоль стены. При виде Шады она на долю секунды покачнулась, стараясь затормозить и получше прицелиться.
Шада, охнув от натуги, швырнула напарнице в лицо птицу.