— Что? — не выдержала она.
— Тебя изнасиловали?
Она побледнела и отрицательно покачала головой.
Тогда Патрик положил руки ей на плечи.
— Я хочу знать все.
— Зачем? Я не желаю говорить об этом.
— Если ты задаешь такой вопрос, значит, мы с тобой не так близки, как я думал. Потому что ты привлекаешь меня как женщина. Потому что не безразлична мне. Теперь ясно?
Николь закрыла глаза, пытаясь остановить слезы. Патрик усадил ее на диван и сел рядом. Он молча обнял ее и стал гладить по голове. В свою очередь она прижалась к его груди, ощутив ни с чем не сравнимую умиротворенность. Она плакала до тех пор, пока не иссякли слезы.
Затем почувствовала, что может говорить.
— Мне было восемнадцать, когда это произошло. Я хорошо знала парня. Даже думала, что люблю его. — Николь горько улыбнулась. — Знаешь, такое часто бывает в подростковом возрасте. Я не была твердо уверена, что выйду за Жюля. Он был замечательным парнем, веселым, остроумным, но нетерпеливым. Много раз как бы в шутку предлагал мне близость. Но однажды я сильно простудилась и с воспалением легких попала в больницу… — Николь тяжело сглотнула, вытирая слезы. — Когда я выписалась, мы уже больше не встречались. Он… он бросил меня.
Николь прерывисто вздохнула, поняв, что так и не сможет рассказать всю правду.
— Почему ты считаешь меня таким же, как он?
— Это не так. — Николь немного подумала и добавила: — Просто я боюсь.
— Никогда не бойся меня, дорогая. — Патрик встал и протянул ей руку. Поколебавшись, она протянула ему свою. — В следующий раз мы займемся любовью…
Николь помотала головой.
— Следующего раза не будет.
Он притворился, что не слышит.
— …Когда ты сама выберешь место и время. А теперь нам надо обоим привести себя в порядок и спуститься в ресторан.
Николь удивленно уставилась на Патрика.
— После всего, что между нами произошло?
— Именно после всего, что между нами произошло. Я и так просто манкирую своими обязанностями. А тебе не мешало бы развеяться. — Патрик улыбнулся. — Вот увидишь, тебе понравится.
— Хорошо, я пойду, — согласилась Николь.
— Дай тебе десять минут, не больше.
13
Через десять минут она была готова и, выйдя из ванной, взмахнула длинными ресницами.
— Мадемуазель, вы просто обворожительны! — воскликнул Патрик, поднимаясь с дивана.
Подойдя к ней, он с почтением склонил голову и поцеловал Николь руку. Затем, взяв за локоть, вывел из номера.
Николь не корила себя за то, что скрывала от Патрика истинную причину, по которой опасалась привязаться к кому-либо из мужчин. Это была глубоко личная боль. Никто не мог разделить ее с ней.
Зал ресторана был заполнен гостями, одетыми в вечерние костюмы. Все наслаждались свободой, которую дарил праздник.
Оркестр исполнял лучшие мелодии последнего десятилетия. Он как раз начал играть «Странников в ночи», когда в зал вошли Патрик и Николь.
— Ты рада, что я уговорил тебя прийти сюда? — спросил Патрик, держа свою спутницу под руку.
— Да. — Глаза Николь странным образом сверкнули.
— Я же говорил, что тебе понравится.
— Да, говорил.
Кто-то похлопал Патрика по плечу. Он обернулся и увидел перед собой Гийома.
— Ничего, если я вас потревожу?
— Я слушаю тебя, — ответил Патрик.
— Надеюсь, ты не откажешь мне, как своему старому другу, если я попрошу разрешения пригласить на танец твою девушку?
Патрик посмотрел на свою спутницу, потом кивнул и сделал шаг в сторону. Гийом увлек Николь за собой. Движения его были плавными, и он старался соблюдать дистанцию между собой и партнершей.
— Я слышал, вы у нас сегодня героиня.
Как быстро мир полнится слухами, подумала Николь и, улыбнувшись, ответила:
— Все вышло случайно. Но главное результат. Вы не находите?
— Ой, как вы правы! — засмеялся Гийом. — Я в одном только завидую мерзавцу: он хоть совсем немного, но был с вами наедине.
— Я так не думаю. Хотя, должна признаться, вы на редкость обаятельный мужчина.
— Спасибо на добром слове. — Гийом сделал совершенно серьезное лицо. — По-моему, вы с Патриком очень хорошо подходите друг другу.
— Вы так считаете?
— Конечно, почему нет? Патрик очень положительный. Вы не поверите, но все те годы, что они прожили с Клодин, он не изменял ей.
— А для вас, наверное, это большой недостаток в мужчине?
— Нет. Но, по-моему, это слишком уж добропорядочно. — Лицо Гийома расплылось в лукавой улыбке. — Однако должен признаться, что лично я придерживаюсь другой точки зрения.