Стас повиновался. Однако ничего странного не почувствовал.
– Видишь? Это ты так пытаешься достать Силу! Ты всего-то и делаешь, что пачкаешь руку о взрыхленную грязь! А надо копать глубже… – старик подковырнул палкой и выковырял небольшой кусок влажной земли. – А вот теперь возьми этот кусок… Чувствуешь разницу? Ты касаешься поверхности Силы, когда ты должен вскопать ее и достать то, что тебе нужно. У тебя никогда не получится извлечь Силу, если ты будешь пытаться как и сейчас… Эх, что не говори, а Аркаша сам смекнул бы уже.
Стас обдумывал сказанное стариком. "Есть смысл… Может он прав?", – рука постепенно входила в пространство. Конечно, это было достаточно больно, с непривычки, но терпимо. И, главное, что теперь что-то получалось. Когда пальцы его коснулись чего-то твердого, Немощин, аккуратно, обхватил ту штуку и, что было сил, дернул на себя.
На выходе штука начала сопротивляться, словно не хотела подчиняться Стасу. Старик это заметил и засмеялся.
– Что же ты грязь от корней не почистил? Они ж будут держать ее! Оборви корни!
Он уже понял, что имеет ввиду старик. Немощин аккуратно провел по штуке пальцами, отрывая ее от пространства незначительными толчками Силы. Наконец, штука поддалась. В ладони у него лежал небольшой камень.
– Это и есть Сила, что должна мне помочь? Материализованная Сила Духа… Но как с ее помощью запечатать разлом?
– А как грязью можно забить сито? – намекнул старик. Стас, все еще удивляясь старику, с силой бросил камень в огромную, тёмно-фиолетовую дыру, из которой с огромной скоростью вырывались "тени".
Ряды восставших заметно поредели. Хоть они и смогли продвинуться вперед, тварей ничуть не становилось меньше.
Но никто не унывал и не сдавался. Все были готовы лечь за правое дело. Оттого каждый раз, как только где-то появлялась возможность, солдаты били по максимуму. Артиллерия вообще уже била без остановки, танки шли по трассам, куда бы в нормальных условиях не полезли. Летчики истребителей, оставшись без снарядов, бросались на противников, словно камикадзе. Правда, все же, напоследок, они катапультировались и продолжали бой уже на земле.
– Эй! – крикнули сзади. – Вы только поглядите! Они больше не лезут! Ребята, давим сильнее! Давайте!
Стоило это сказать, как практически все заметили, что наплыв "теней" действительно прекратился. Теперь приближались лишь те, что уже вылезли.
На тот момент абсолютно никого не волновало, что послужило причиной этому явлению. Даже БТР, которые до этого времени стояли в стороне, рванулись бить противника.
Стас наблюдал за тем, как что-то непонятное, отличное даже от творений Властелина или Негшизы, сжималось из-за небольшого камня, который попал внутрь. Старик сидел рядом и, довольно улыбаясь, наблюдал за этим процессом.
– Ух, пошло как! – каждый раз, когда разлом давал понять, что дни его сочтены, старик довольно разводил руками в сторону. – Здорово!
– Ничего не понимаю… Как что-то столь незначительное могло предотвратить трагедию мирового масштаба?
Старик окинул взглядом Избранного и, покачав головой, засмеялся.
– Ты веселый! Как-нибудь позже я поведаю тебе о Силе… А пока думай о своих товарищах… – Стас, вспомнив о сражении, спохватился и, схватив оружие, рванулся к Фабрике.
"А это действительно забавно!", – старик смотрел в спину военного. – "Больше, чем я думал, погибло, конечно… Да и Аркашу жалко. Был ведь у паренька потенциал!.. Ну да ладно. Ведь его сценарий уже должен был подойти к концу", – улыбка старика растворялась в воздухе. Вскоре его не стало.
Преимущество склонилось на сторону восставших. Они, собрав все силы воедино, нанесли мощный, отталкивающий удар. Противник, которого они не могли сразить еще минут десять назад, терял свою мощь. Оставались лишь крохи его сил…
Стас перехватил Мосинку и, опережая своих соратников, принялся разряжать ее. Теперь этих существ было всего пару тысяч… Но и эта цифра, вскоре, поколебалась.
– Не сбавляйте темп! – громко, что было сил, проорал Стас. – Осталось совсем чуть-чуть! – а у самого витала лишь одна мысль: "Куда же запропастился Аркадий?". Он не был здесь, там, вроде, тоже. – "В штабе, что ли?".
Очередной залп артиллерии стер большую часть "теней". Единичных расстреливала пехота, чуть большие группы – техника. В особенности здесь выделились бомбардировщики нацистов – их быстрые, но мощные, атаки были как нельзя кстати.
Снайперы косили приблизившихся слишком близко. Пехота проходила все дальше, очищая территорию от каждого порождения. Стас был в первых рядах.
Вскоре все прекратилось. Немощин бросил оружие на землю.
– Неужели все?.. Все! Слышите меня?! Победа! – он радовался. До начала битвы он и представить не мог, что восставшие смогут повергнуть противника… Но лишь в очередной раз он убедился, сколько необычными могут быть люди. – Ура, товарищи! Победа!
Возгласы, крики, ликования… Звук толпы слился в один гул. От которого, признаться, казалось, что перепонки вот-вот лопнут. Но даже этот шум был приятен. Ведь это известие о победе.
– Никто не разрушил наш мир!.. Пророчество сбылось, – Стас бежал в штаб, все повторяя эти слова. – Сила Избранного спасла этот мир!
Он плечом отворил дверь, чуть было не вышибив ее с петель. Но в комнате его не оказалось. Драко, Вольфган, Сун Ян, Леновин и Бушет, главы пяти величайших анклавов, присутствовали, а его – нет.
– Где Микулин? – остановившись на пороге, проронил Стас. – Он заходил сюда?
Драко покачал головой. Улыбка не покидала его лица.
– Неужели все получилось?.. Стас, вы с Аркадием сумели сделать то, что…
– Сейчас не до этого, – Стас уже заподозрил что-то неладное. – Мне нужно отыскать Аркадия. Как найду, так вернемся к этому разговору… – с этими словами Немощин выскочил наружу. "Где же тебя, черт побери, носит?".
Он оббегал чуть ли не каждое тело на поле боя. И в одном из них он признал товарища.
– Вот же… – слов не нашлось, чтобы описать то, что он чувствовал. – Как же ты так мог?..
Верхняя часть туловища лежала на полметра дальше, нежели чем ноги. Кто его так сильно ударил, Стас не знал. Но предполагал, что они недооценивали мощь этих тварей.
– Да… Его сценарий обрывался на этой войне, – голос Светы раздался позади. – Ничего мы поделать не могли…
Стас взглянул на нее и закрыл глаза.
– Знаешь… А почему не могли? Сказала бы ты мне, что его конец – здесь, я бы посодействовал ему в том, чтобы он остался жив. Ты же не захотела этого делать, не так ли? – Света усмехнулась и пожала плечами. – Слушай, когда ты стала такой сукой?
– Да я и не становилась, я ей всегда и была, – она присела рядом и коснулась его руки. – Вы же просто слепо не замечаете того, что надо было бы заметить… А я не имела права рассказать тебе об этом. Да и вообще, чего ты ноешь? Тут тысячи умерло таких же, как он…
– Таких, как он? Ты еще и дура… Ха, Свет, знаешь… Лучше бы ты сдохла здесь, – конечно, говорил он на эмоциях, и она это понимала, оттого ни капли не обижалась. – Свали. Ты порочишь его память.
– Хорошо. Удачной тебе игры, Избранный! Оставляю тебе свою роль… – с этими словами Света, махнув рукой, исчезла у него на глазах. – Постарайся нести мое бремя, веря в свои глупые идеалы.
Он промолчал. Слова комом встали в горле. "Хотя, она права… Чего я убиваюсь только из-за его смерти? Столько наших полегло…", – но причины на то были. И даже то, что Стас сидел рядом с его телом, да и вообще, был жив, было прямым тому доказательством.