— Вы заметили? Ни слова о маме. Спрошу осторожно.
Призрак: Мамы у тебя нет?
Юлианна: Можно и так сказать.
У Андрея сжалось сердце. Неужели, и у малышки есть ужасная история?
Призрак: Не спрашивать?
Юлианна: Да нечего там рассказывать. Я жила с ней до семи лет, пока папа меня к себе не забрал. За все это время трезвой я ее не видела ни разу.
Призрак: Прости. Она жива?
Юлианна: Да. Но я с тех пор больше ее не видела.
— Слава Богу! — выдохнул Андрей. — Жива!
Призрак: И она тебя не искала?
Юлианна: Не удивлюсь, если она не помнит, кто я такая. Не искала, занята, наверное. Она вряд ли заметила, что я уже не живу с ней.
Так. Налицо явная детская обида. Бедная малышка.
Призрак: А ты знаешь, где она сейчас?
Юлианна: Знаю, а что?
Призрак: Нет желания ее увидеть?
Не важно, какая мама. Важно, что она есть. К ней можно прижаться и послушать стук ее сердца…
Юлианна: С ума сошел?! Нет, конечно!
Призрак: Подумай об этом. Я бы на твоем месте навестил ее.
Сглотнув ком в горле, Андрей подошел к памятнику, с которого ему улыбалась красивая женщина, погладил по мраморной щеке и присел рядом на землю.
— Мама…
Юлианна: Спасибо за совет. Свою маму навещай почаще.
Призрак: Так и делаю.
Юлианна: Молодец! Что еще расскажешь?
Настроение опустилось, ниже некуда.
Призрак: Да не знаю даже.
Юлианна: Чем, кстати, сейчас занимаешься? Я вот кофе допиваю.
Призрак: Как раз навещаю родителей.
Юлианна: А они не обижаются, что ты не с ними общаешься?
— Я всегда с ними, — вздохнул Андрей. — Она ничего не поняла…,- грустно улыбнулся парень лицу на памятнике, так похожему на его лицо.
Призрак: Нет.
Юлианна: Твои родственники скоро начнут ругаться, что ты приходишь к ним, а общаешься со мной!)) Был у брата — тоже мне писал.
Призрак: Не будут. Они со мной не говорят.
На другом конце чата наступила тишина. Андрей горько усмехнулся. Да, малышка, все вот так…
Юлианна: Можно задать вопрос?
Призрак: Смотря какой.
Юлианна: Ты сейчас на кладбище?
Призрак: Да.
Теперь она все правильно сложила и снова замолчала. Андрей тоже не знал, что написать.
Юлианна: Прости меня, пожалуйста. Я не буду больше ничего спрашивать.
Призрак: Давай договоримся: жалеть меня не надо.
Это главное.
Юлианна: Как скажешь. Я не мешаю?
— Началось…
Призрак: Я бы тогда не писал. Все нормально.
Юлианна: Мне нужно отлучиться. Ничего, если я позже тебе напишу?
В горле встал очередной ком. Она испугалась. Она хочет уйти.
Призрак: Ничего.
Девчонка сбежала из сети, а Андрею захотелось завыть. Не нужно было рассказывать, зачем он это сделал?!
— Ну и вали! — заорал он на телефон. Потом спрятал голову между колен и застонал. — Я не могу больше… не могу, мама…
И тут ему стало стыдно, Андрей никогда не вел себя так здесь. А они ведь все видят. Мама очень бы расстроилась, она была такой ранимой, всегда переживала, когда дети опечалены. Она прижала бы к себе, погладила по голове:
— Не грусти, мой цветочек…
Отец посмотрел бы строго, с недовольством:
— Нужно всегда быть мужчиной, сын! А ты тряпка!
А Иван… брат бы стал бить Андрея по щекам, пока он не придет в себя:
— Эй, але! Позорище! Реветь надумал?! Соберись! Мой брат не ноет!
И он не может всех их расстроить.
Андрей сжал челюсть и выдохнул.
— Простите меня. Никто не увидит меня таким. И вы тоже, — поднявшись, парень гордо выпрямился, постоял так немного, затем присел на лавочку.
ГЛАВА 8
Стало темнеть, а Андрей все сидел на кладбище. Он уже хотел было ехать домой, но тут объявился Леха. Капитан знал, что звонить другу бесполезно, поэтому делал это только в крайних случаях или по работе. В остальное время писал смс.
«Куда слинял, псих?»
«Папочка домой пришел?» — съязвил Андрей в ответ. Если Леха спрашивает, значит, явился в гости и друга там не обнаружил. Хотя и шел не к другу, тут даже к бабке не ходи.
«Говорю, где ты, потеряшка?»
«Прогуливаюсь.»
«Окей, прогуливайся пока. Тут свет очей твоих явилась на чай, с ушлепком каким-то. Будь добр — не прись пока домой, дай парню возможность выжить!» — Леха знал. Обо всем знал. И всегда старался обходить все неприятные и больные темы стороной. Но еще он знал, что иногда его друг перестает себя контролировать, поэтому в этот раз нужно было предупредить. — «Дома Рита. Погуляй еще, будь заинькой.» — добил капитан.
Андрей сжал челюсть. Рита.
«Напиши, когда гости уйдут.»