Все, что имею — ерунда,
Любовь не купишь никогда
Пусть денег кучи, и кучи сучек,
Но ты же знаешь, с ними мне не будет лучше
Опять смотрю твое фото…
Как жаль, с тобой не я, а кто-то…
Сегодня в стихах этих грустная нота
Моя судьба — сюжет плохого анекдота
Не моя, не со мной…
Я все б отдал, чтоб вновь услышать голос твой
Ангел мой, знаю я, ты не моя…
Привет, малыш, я до сих пор скучаю.
Где ты и с кем ты? увы, не знаю
Я до сих пор во снах с тобой летаю,
Вернуть нашу любовь мечтаю
Ты извини меня, я был не прав
Ты хотела любви, я показывал нрав
Я теперь один, и одиночества мир заставляет меня быть другим
Я бы жизнью, не думая, рискнул бы,
Чтобы видеть твои глаза, губы
Я был глупым, немного грубым
Расставанье стало для меня трудным испытаньем моего сердца,
Для тебя открыты в мою душу дверцы,
Я опять полечу, будь со мной!
Ты — мой ангел,
Ты — мой покой…
Привет, любимая лиса, это я. Вот, вроде уже пишу, а до сих пор не знаю, с чего начать. Поэтому и вставил эти стихи, время тянул. Они могут показаться тебе глупыми — ну и пусть, все равно не мои. Поэт из меня — так себе, хотя я даже и не пробовал. А слова там, вроде бы, в тему. Блин, все чушь. Ладно, хватит уже предисловий.
Я — мудак, кретин, козел, идиот… нужное — подчеркнуть, недостающее — добавить. Но все эти определения не мешают мне знать, что я тебя очень люблю. Очень. Люблю.
Малышка, я был не прав, когда не остановил тебя, и ты улетела. Да чего уж там, я вообще все время был не прав! Ну, есть оправдание: идиот же. Но ведь главное, что я понял, каким дураком был! Юль… если ты смогла полюбить меня того, то любить меня этого тебе будет легко, обещаю! Я сделаю все, что скажешь. Буду носить тебя на руках, ну, или на плече — где захочешь! Только вернись!
Да, пусть все это — банально и просто, но что еще я могу написать? Все красивое уже было придумано до меня. Тем более, я — мастер все испортить, куда мне до тех, кто придумывает? Но зато я могу починить. Со шкафом вот вышло, теперь он целый. Нет, ты, конечно, не шкаф, и я не сравниваю тебя с ним, это я просто написал, чтоб убедить. Бред, да? Не читай то, что зачеркнуто! Ну, а что ты хотела, я ведь только недавно из чокнутых вернулся, освоиться не успел!
И, раз уж мы заговорили тут о чокнутых… я, точнее, заговорил. Так вот. Вероника мне не нужна, Юль. Только ты. И она давно уже мне не нужна. Да и вообще, мне просто казалось, что я к ней что-то чувствую. Я же сам себе все это выдумал, так жить было легче. Вернее, тяжелее… блин, запутался! Короче, ты ведь и так все это знаешь. В общем, у меня к ней ничего, кроме жалости, не осталось.
Я тебя люблю, малышка. Тебя. Пожалуйста, доверься мне. Да, опять. Но на этот раз я не подведу. Я очень хочу, чтобы ты вернулась. Ко мне. Ты сбежала, я все понял, все осознал. Возвращайся, малышка! Я без тебя пропаду, Юль. Да, точно, пойду и разобьюсь нахер! Или сопьюсь. Или сяду за убийство. Массовое. Буду мочить всех, кто попадается на пути, пока тебя не встречу. Так что подумай.
А лучше — не думай, просто лети вместе с Аней ко мне. Можешь даже чемоданы не собирать, так лети. Все здесь купим, я дам тебе все, что нужно. Все, что захочешь, Юль.
Я люблю тебя. И очень жду. Твой раскаявшийся идиот.
P.S.: Если не прилетишь с Анькой — я сам тебя из Испании заберу, как только дослужу этот сраный контракт. Силой заберу. В общем, ты, Юлька, моя. В любом случае. И да, выбора у тебя нет.»
Перечитав письмо несколько раз, Андрей вздохнул и сложил его в конверт. Да, писать письмо оказалось сложнее, чем Андрей предполагал. Это такое ужасное чувство — столько всего хочется сказать, прямо распирает, а на деле потом и двух слов связать не можешь. Да и вообще, все эти слова — не для Андрея. Он привык делать. Вот и зачем что-то говорить, когда можно просто закинуть малышку на плечо и нести ее, куда хочется? Но нет, этого сделать пока никак не получится, поэтому пришлось написать. Попытаться. И желательно так, чтобы лисичка все поняла и согласилась прилететь вместе с Аней в Краснодар.
Взглянув на часы, парень облегченно выдохнул. Почти десять. Все. Нужно ложиться спать, да и на работу завтра. Андрей сбегал в душ и улегся на кровать в обнимку с игрушечной лисой.
А во сне к нему пришла настоящая. Только сон в этот раз был плохой. Малышка горько плакала, не давала себя обнять и сказала, чтобы он уходил. Сказала, что не вернется…
Андрей проснулся разбитым, на кухне встретился с сестрой и другом. Аня улыбнулась.
— Я в аэропорт скоро, заяц. Билет у меня до Барселоны, а уже оттуда полечу в этот рай.