Выбрать главу

Дома у бабушки Маша смогла немного прийти в себя, уложила дочь. Бабушка, её мудрая добрая бабушка, видя Машино состояние, с разговорами не лезла. Напоила обеих чаем и уложила спать, рассуждая, что утро вечера мудренее.

Утро началось с приговлений к новогоднему ужину. Бабушка была рада, что новый год встретит не одна, а с любимыми внучкам, и хотя тревожно было на душе, но она решила, что праздник есть праздник, и все проблемы они решать будут чуть погодя. Она понимала, что-то произошло у Маши с мужем, иначе бы она вот так среди ночи не приехала к ней с дочкой и вещами. Может, что Роман сгоряча сказал, а может, со свекровью поругались, но раз внучка приехала к ней, значит ей нужно время разобраться. Пусть так и будет. А сегодня новый год, и они втроем его встретят как положено - с икрой, лимонадом вместо шампанского, и селедкой под шубой.

А вечером у Маши открылось кровотечение и отошли воды.

-Как же рано, ой, как рано! – бабушка была сама не своя от переживаний за внучку. Вызвали скорую, и Машу увезли в роддом. Семён родился в полночь, маленьким, недоношенным, с пороком сердца, но отчаянно цепляющимся за жизнь.

Глава 9

Глава 9.

Два года назад.

- Так-так, акт первый твоей жизни мы посмотрели. Теперь думай давай, кому что задолжала, где накосячила, - произнес Черварра и убрал руки от головы Антонины.

Она открыла глаза. «Так вот что значит вся жизнь перед глазами промелькнула», подумалось ей.

- Вы сейчас сосредоточьтесь, и подумайте, кого могли обидеть, что-то пообещать и не выполнить, может, какое дело с кем-то начали и не закончили, - обратил на Петровну свои очи ангел, - так всегда сперва кажется, что перед всеми чист, со всеми распрощался без долгов. А если присмотреться к людям, то можно заметить нити связи между вами. Когда нити нет, значит и долга нет. Когда нити белые, значит, тот человек сам вас отпускать не хочет, живет светлой памятью о вас. Когда нити серые, или коричневые, это значит есть у вас долг перед этим человеком, или несправедливость какая по отношению к нему была допущена с вашей подачи, и человек страдает. Но самые толстые – это красные нити, это когда переставший жить конкретно накосячил не только перед самим человеком, но и перед его потомками, и такое бывает.

-Так а как я нити-то эти увижу? Мне надо каждого человека встретить из своей жизни? Да мне ещё одной целой жизни не хватит, чтоб найти всех, кого я знала!

- Нум, моего демонического терпения уже не хватает! Вы тут оставайтесь, а я пока смотаюсь пары выпустить, заодно похавать найду, - Черварра вскочил с кресла, на котором до этого довольно вальяжно восседал, и Антонина увидела, как он буквально на её глазах начал краснеть, слово раскаленный металл, из ушей вырвались струи пара.

Ангел возвел глаза в небо, выдохнул и с лукавой усмешкой повернулся к Петровне:

- Актёр погорелого театра! Не пугайтесь, милейшая, это только спецэффекты, наш господин Чер любит порой покрасоваться перед вами, людьми. Однако, подкрепиться и правда не мешало бы. Заодно и Вы освоите новый для Вас навык пользования материальными предметами не имея материального тела.

- Она не врубается, Нум! – демон в миг восстановил свой обычный вид и навис над Петровной, - чё сидим, кого ждём? Ноги в руки и на кухню, хавчик нам готовить!

Петровна подскочила на диване, и со всех ног бросилась на кухню, заниматься привычным для неё при жизни делом. Приготовление пищи всегда её успокаивало, хотя искусной кулинаркой она не была, готовила простые, но сытные блюда.

- Сейчас-сейчас, это я мигом! Борщеца наварю, заливной пирог с капустой организую, и компот вам будет, - начала было суетиться на кухне Петровна. Она открыла холодильник, но он оказался совершенно пуст. В ящике под раковиной, где она обычно хранила овощи, тоже шаром покати. На полках шкафов ни муки, ни сахара. Петровна впала в ступор. – А как же я готовить стану, если нет у меня ничего? Хм, странно, это я всего три недели в больнице, а этот старый хрыч уже с квартиры сдулся и бабу себе нашел? Где же это он, интересно, харчевался всё это время?

Петровна вдруг разозлилась, вспомнив мужа, который скулил около умирающей её.

- А ты думала! Кому нужна больная старая жена? Он же знал, что ты скоро окочуришься, вот и подстраховался: нашел себе бабёнку помоложе и более покладистую, - гаденько улыбаясь проговорил Черварра, - вот похоронят тебя, он месяцок потерпит, да и приведёт её сюда, в вашу квартирку. И спать с ней будет на твоих накрахмаленных простынях. И мыться она будет твоим любимым медовым гелем.