Бесполезное создание! Даже полиции ничем помочь не сумела, а ведь находилась совсем рядом с этими отвратительными мерзавцами!
Сдавив руку в кулак, со злостью врезала по стене и отвернулась. Вода нетерпеливо капала на волосы. Шум до сих пор стоял в ушах. В голове была каша.
Судя по всему, воры прошли через запасной вход, потому-то мы с Лейфом, беседовавшие на улице, их и не заметили. Да и, очевидно, караулили галерею порядочно долго, так как звуков подъезжающего автомобиля я не слышала. Их высадили гораздо раньше, и они выжидали момента. Когда все расслабятся, потеряют бдительность, не будут ожидать подвоха.
По словам Сайрека, переданным мне его матерью уже по приезду домой, полиция считала, что в зале у них также имелся сообщник. А то и несколько. Они-то и открыли ворам дверь. Сперва присмотрелись к обстановке, отметили для себя наиболее ценные вещи, и уже потом впустили «оперативную группу». Правда, опрос гостей ни к чему не привёл. Да их там столько было, что виновники вполне могли бы успеть улизнуть, а приглашения не именные. Я вон вообще пришла в комплекте.
Перед глазами до сих пор мелькали обрывистые картинки случившегося. В голове звучали дерзкие голоса и шум выстрелов. Казалось, я всё ещё стояла там, под дулом пистолета, внимательно глядя в глаза смерти.
Выдохнув, закусила губу. Я и раньше находилась на грани. Той самой, заставлявшей сердце впрыскивать в вены адреналин, будоражить разум, глотать воздух полной грудью и задыхаться от умопомрачительных эмоций. Но та грань, с которой мне пришлось столкнуться сегодня, была совершенно иной. Мрачной, тёмной, холодной и злой. Царство без света. Адреналин без удовольствия. Без чувств. Сплошной страх.
— Ая! — в дверь ванны нетерпеливо и волнительно затарабанили, вырывая из размышлений. — Ты там уже полтора часа торчишь! — Дил явно тревожился, не утонула ли я часом. — Выходи!
— Так предложения девушке не делают! — отшутилась, подав голос и давая сводному брату понять, что никуда не делась и тем более в утопленницах не числюсь.
— Очень смешно, — недовольно буркнул с той стороны Дилтон.
Тяжко вздохнув, провела ладонями по влажному лицу, прогоняя остатки наваждений, и выключила воду. Краники уныло скрипнули, и воцарилась тишина. Впрочем, ненадолго - в дверь снова требовательно постучали кулаком.
— Да жива я! — отозвалась недовольно. Вытерлась полотенцем, забирая длинные волосы в пучок, накинула на голое тело белую майку и шорты и вышла к брату. — Чего стучишь? — хмуро поинтересовалась у парня. Несмотря на довольно поздний час, выглядел он весьма бодро. — Весь дом разбудишь.
— Всё в порядке? — без лишних шутливостей и вступлений поинтересовался Дил.
— Нет, — честно призналась в ответ. Влага неприятно заскользила с волос по шее и спине, и я поморщилась, передёрнув плечами. — Как Санли? — продолжать тему своих душевных метаний не стала. Ни к чему оно всё. Лучше просто попытаться забыть, как страшный сон.
— Спит, — ответил Дилтон. — С ней всё хорошо. Среди этой толпы они практически ничего и не видели.
— Это радует, — выдохнула я и зевнула. Ни к чему подростку подобные переживания. — Если честно, — пробормотала устало, — то у меня у самой батарейки садятся.
Прикрыв ладонью рот, взглянула на сводного брата. Тот с пониманием кивнул а ответ.
— Тебе нужно выпустить пар, — сообщил он. Выудил из кармана джинсов ключи с до боли знакомым брелоком и протянул мне.
прода 15-08-2022
— Импреза? — удивилась я. Рука невольно дрогнула и подалась вперёд, однако прикоснуться к ключам от отцовского автомобиля я всё же побоялась. Будто, если сделаю это, то прошлое настигнет меня, как цунами. Всё ещё бежала. Всё ещё скрывалась.
— Не сейчас, — заметив смятение на моём лице, поспешил сказать Дил и продолжил протягивать мне ключи от зажигания. Брелок в виде голубя, гордо расправившего крылья, старый подарок Сайрека, переливался в свете комнатных ламп. Манил своим сиянием, взывая вновь окунуться в этот омут. — Но когда почувствуешь, что больше не в силах держать всё внутри. Когда поймёшь, что это действительно тебе необходимо, Ая. Когда захочешь освободиться.
Пристально всмотревшись в карие глаза Дилтона, не сумела скрыть благодарной улыбки. Казалось, он знал меня даже лучше меня самой. Лучше любого человека, с которым мне приходилось дружить и общаться. И это было бесценно. Мне не обязательно говорить ему, что я чувствую. Дилтон понимал всё, буквально просто взглянув на меня. И никакая маска, которую я пыталась на себя нацепить, не могла утаить от проницательного блондина моих истинных эмоций и стремлений.