— Я не обязана перед тобой отчитываться, — сообщила отчуждённо и озлобленно. По крайней мере, постаралась, чтобы таковым звучал голос. Старалась ненавидеть молодого человека, злиться на него, но отчаянно не могла. Вместо этого душу жгло невыносимое чувство вины, не позволявшее оправдывать свои поступки.
— Нет, — согласился Сайрек и сделал очередную затяжку. Стряхнул пепел и пристально посмотрел на меня. — Не обязана. Но ты снова и снова повторяешь прошлые ошибки, Ая.
— Какие? — сложила руки на груди недовольно. Похоже, начались нотации?
— Вешаешься на шею каждому встречному, — морозно отозвался брюнет. Прозвучали слова больно, оскорбительно и обидно. Словно крепкая пощёчина, которую, впрочем, мне следовало залепить.
— Но не к тому, к кому следовало бы, да? — дерзко бросила в ответ, вскипая.
Сайрек вновь оставил моё замечание без ответа, и это дико злило. Хотелось задеть его, причинить боль, как будто я этого никогда раньше не делала, заставить его почувствовать, насколько жестоко звучала эта фраза из его уст.
— Давай ты не будешь моей совестью, ладно? — стиснув зубы, попросила я. Нагло выхватила у Сайрека из рук сигарету и затянулась сама.
Горло обожгло, словно мне пришлось проглотить рулон наждачной бумаги. Закашлявшись, спешно выдохнула табачный дым. Голова закружилась ещё сильнее, и я едва удержала равновесие, цепляясь пальцами за рубашку призрака.
Не то, чтобы я вообще курила. Только будучи подростком, когда мне очень сильно хотелось сделать что-нибудь Сайреку назло. Как сейчас.
Молодой человек подхватил меня за талию, резким рывком выхватил сигарету обратно и выбросил к чёрту, разозлённо глядя на меня. Я внезапно рассмеялась, утыкаясь носом в его грудь. Чёртова истеричка.
— Кто-то должен, — произнёс он, прижимая меня к себе, и я вдохнула приятный, едва уловимый аромат его одеколона.
Прода 04-01-2023
Внезапно весь мой агрессивный запал куда-то исчез. И даже хохот затих. Больше почему-то было не до смеха. Я пристально посмотрела на Сайрека снизу вверх и боялась просто дышать. Сердце снова заполнили трепетные и волнительные чувства, от которых становилось невыносимо больно. Жгло в груди, как яд, попавший на кожу. Как пламя огня, объявшее меня всю.
— Мы никогда не забудем друг друга, да? — прошептала я, всматриваясь в его глаза, в их тёмный омут. Вопрос оказался внезапным даже для меня самой.
— А ты так этого хочешь?
Он всегда был рядом. Когда я гнала его, когда просила не вмешиваться в мою жизнь, он продолжал меня защищать. Даже если я того не заслуживала. И сейчас он тоже находился здесь. Так близко, что я задыхалась. Что кружилась голова, что волновались чувства в груди. И порой в такие моменты, после очередного эмоционального взрыва между нами, мне снова начинало казаться, что у нас что-что может получиться. Вплоть до очередной выходки с моей стороны.
— Нет, — призналась честно.
Сайрек коснулся моей щеки и грустно улыбнулся. Его взгляд гипнотизировал, а дыхание, совсем рядом, обжигающее, вызывало трепет в душе. До дрожи в теле. До восторженных вдохов. До учащённого пульса, громким отзвуком отдававшего в виски. И, может быть, виной всему было выпитое на вечеринке спиртное, но я вдруг ощутила, как мне надоело сдерживаться. Надоело гнать прочь эти чувства. Надоело тонуть в предрассудках и страхах. Я устала бояться. Осуждений, взглядов, пересудов и прочей ерунды, которую сама себе придумала за эти годы.
Встав на цыпочки, я прикоснулась губами к губам Сайрека, даря короткий, осторожный и неожиданный поцелуй, и вновь отстранилась от молодого человека. Всматриваясь в тёмно-синие глаза и боясь обнаружить в них осуждение. Но всё, что отразилось во взгляде призрака, - это искреннее непонимание.
— Что ты делаешь? — изумился он, не разжимая объятий. Пульсирующее желание, проснувшееся внутри, затмевало рассудок. Растекалось по телу, вызывая в учащённо бьющемся сердце упоение.
— То, что мы проделывали уже десятки раз, — прижалась к мужскому торсу, чувствуя тепло его тела, и пальцы призрака страстно сдавили мою талию. Я поцеловала его вновь, более настойчиво, и его губы с жадностью отозвались. Ладонь невольно скользнула вниз по моему позвоночнику, отзываясь приятным ощущением на коже. Ласковым, бережным, волнительно-заманчивым. Язык уверенно и требовательно скользнул внутрь, сплетаясь с моим, и больше я уже была не в состоянии трезво соображать. Почву выбило из-под ног, дыхание перехватило, а его пальцы с жадностью вцепились в мои бёдра