— Спасибо, — я в ответ протянула деньги, сверившись с информацией на чеке. — За всё.
— Пойдем, — он указал рукой на выход, намереваясь меня до него проводить. — Твой жучок уже ждёт тебя у ворот.
Кивнув, отправилась вперёд. Чувство тревоги снова нарастало. Давило на грудную клетку, что хотелось скулить, как раненый пёс.
— Скажите, — когда мужчина потушил свет в помещении и закрыл все двери, я вновь обратилась к нему. Остановилась и посмотрела на мастера. — Здесь где-нибудь неподалеку есть работающий телефон-автомат или вроде того? Мне нужно позвонить.
Воспоминания о том, сколь некрасиво мы расстались с Ашем, никак не давали покоя. И грубо было бы с моей стороны даже не позвонить. Не сообщить, что со мной всё в полном порядке. Ведь я прекрасно знала, что парень не успокоится, пока не перевернёт вверх дном всё вокруг.
— Через пару кварталов отсюда есть один, — мастер указал пальцем направление. — Рядом с магазином. А если не работает, то позвоните из самого магазина. Продавщицы там приветливые.
Просить сотовый у малознакомого человека тоже не хотелось. Да я и так его слишком отвлекла, а ему наверняка хотелось поскорее оказаться дома, а не нянчиться с незнакомкой.
— Спасибо, — опять поблагодарила я.
— Счастливо, — улыбнулся он, и зашагал прочь. Я же отправилась к своему отремонтированному автомобилю. Завела двигатель и поехала в указанном направлении.
— Ая, где ты? — на том конце провода послышался встревоженный и нетерпеливый голос.
— Со мной всё в порядке, Аш, — крепко вцепившись в трубку пальцами, произнесла в ответ.
Вокруг царила ночь. Люди лишь изредка проходили мимо, стремясь поскорее попасть домой. Погода была тёплая, и свет фонарей укутывал улицы приятным желтоватым освещением. Где-то далеко в горах слышались отголоски ревущих моторов и скрип резины, будоражащие внутри гамму трепетных чувств. Похоже, ребята всё ещё отрывались, и для таких даже надвигающийся конец воскресенья не считался помехой для веселья.
— Скажи где ты, я приеду, — настаивал Аш. Но я не могла сказать. Он не поймёт. Только разозлится.
— У подруги, — солгала. Самой было паршиво, но иначе не могла.
— У какой?
— Неважно, Аш, — взмолилась я. По щеке прокатилась угрюмая слеза. — Я звоню, чтобы извиниться. За то, как мы расстались вчера.
— Ая…
— Я приеду, как только буду готова, — оборвала его.
— Ты злишься на меня? — спросил он.
— Нет.
Если честно, понятия не имела, что чувствовала. Но явно не злость.
— Я сам повёл себя, как кретин, — продолжил Аш. — Давай всё обсудим.
— Через пару дней, — пообещала клятвенно. Не планировала задерживаться в Атисуре надолго, но и на похороны не прийти не могла. Попрощаюсь и вернусь. Обязательно вернусь.
— Ая! — рыкнул в трубку мой парень. Его терпение подходило к концу. Как и всегда, когда он не получал того, чего желал.
— Увидимся через пару дней, Аш, — сухо произнесла я. В груди как будто застрял болезненный осколок, который никак не удавалось выдернуть. А, может, так я хотела поставить точку? Окончательную? И просто боялась себе в этом признаться? — Пока.
Я устало повесила трубку, чувствуя, как по щекам уже ручьём катятся слёзы. Не знаю, что на меня нашло. Превратилась в какую-то размазню. С тех самых пор, как Дилтон написал это злосчастное письмо. И даже не само письмо расстроило меня, сколь слова, которые брат использовал в нем. Зачем? Зачем он вызвал это душащее чувство, которое вновь и вновь рвало меня на части?
Уткнувшись лбом в холодное стекло телефонной будки, закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Да, я боялась. Боялась взглянуть ему в глаза. Боялась прочесть в них упрёк. Боялась, что точка до сих пор не поставлена. Боялась кинуться к нему в объятия, как раньше, теряя остатки себя. Сдаться вновь перед этим разрушительным наваждением.
Ударив ладонью по стеклу, почувствовала незначительную боль, отдавшую в запястье. Сдавила ключи от Кафера и уже вскоре, утопив газ в пол, мчалась в сторону дома Орлейвов. Дому, в котором прожила целых пять лет.
Глава 3 (перезалив целиком)
Уперевшись спиной в каменную ограду соседнего дома, я стояла на противоположной стороне проезжей части и внимательно смотрела на двухэтажный дом впереди. Веранда была пуста, столы и стулья, которые раньше использовались для летних семейных ужинов, пропали. Очевидно, были убраны в дом или гараж. Небольшая беседка рядом на лужайке под окнами выглядела достаточно одиноко средь пышных деревьев, рассаженных по периметру. Казалось, вокруг царили одиночество и тишина. Даже шум гонок далеко-далеко отсюда - и тот стих. Очевидно, всё закончилось, а команды отправились либо по домам, либо в клуб. Была раньше в Атисуре такая традиция - продолжать веселье уже на другой территории. Уверена, она сохранилась и по сей день.