— Какая трагедия, — сочувственно покачал он головой, привычно сдувая со лба пушистую после кондиционера пепельную челку. — Неужели нет никакой надежды разыскать принцессу живой? — проговорил он на голубом, вернее, синем глазу, старательно делая вид полной неосведомленности и вспоминая маленькую уютную комнатку, в которой хотел бы сейчас оказаться.
Конечно его нынешние апартаменты были гораздо удобнее, и там не приходилось напяливать на себя несколько свитеров, чтобы согреться, но в каморке на нижнем уровне жили люди, которые заботились друг о друге и умели любить, а это стоило какого угодно комфорта. К тому же там сейчас разрабатывали план спасения Пэгги, Эркюля и других пленников рудника.
— Несколько дней назад я получил достоверную информацию о том, что принцесса жива, — продолжал Нарайан доверительным тоном, не забывая внимательно разглядывать собеседника. — Я отправил за ней группу охотников, но хотя все сроки прошли, от них нет никаких вестей. Может быть ты и твои спутники по пути к городу видели два танка? Или ты, возможно, слышал зов? Я знаю, ты владеешь навыком ментального общения. Если ты поможешь в поисках, не сомневайся, как только принцесса найдется, и мы сможем покинуть планету, я отвезу тебя на Сансару и определю в одну из лучших школ, а затем в Космическую Академию. Потомок Великого Асура должен получить достойное образование согласно своим склонностям.
В какой-то миг Синеглаз подумал, что отправиться на Сансару и приобщиться к знаниям, накопленным за прошедшие века альянсом Змееносца было бы очень неплохо. Да и выбраться из треугольника не все ли равно на каком корабле. В конце концов Шварценберг его обманул, а вестники вообще не желали с ним знаться. К тому же пирожные оказались невероятно вкусными, а на Сансаре он бы мог есть их хоть каждый день.
Потом он вспомнил усталое лицо и заботливые руки Кристин и словно еще раз услышал мольбу Савитри. В обеих наследницах династии текла кровь Великого Асура, а Савитри еще и много лет страдала от неразделенной любви к своему Шатругне, а теперь избавлялась от нее с мучительной радостью, как летающий ящер, сбрасывающий кожу.
К тому же Синеглаз уже знал, что «Эсперанса» далеко не настолько готова к вылету, как думал глава Научного отдела. Об этом княжичу сообщила Кристин, в момент неутешительного открытия Левенталя пославшая сородичу неосознанный зов.
Впрочем, о неполадках двигателя Нарайану знать не полагалось. Синеглаз видел на одном из мониторов изображение рубки и отсеков корабля, похожие на те, которые ему удавалось разглядеть во время редких и хаотичных мгновений связи с Кристин. Только на мониторах в кабинете профессора помещения корабля выглядели пустыми. Впрочем, таланты Пабло Гарсиа одинаково ценили и Семен Александрович, и Саав Шварценберг.
Что ж, Синеглаз тоже попробует применить что-то наподобие зеркала.
— Обучаться в Космической Академии Альянса — моя заветная мечта! — проговорил он предельно искренне, не уточняя, что в той же степени, подобно Левенталю, не отказался бы закончить Академию Звездного флота Содружества. — Да и выбраться из треугольника мне бы тоже очень хотелось. Только, боюсь, я ничего ценного не смогу Вам сообщить. Мы с товарищами приземлились на планету и отправились за помощью, так как у нас закончилось горючее, а город, как говорили приборы, стоит на урановом руднике. По пути мы встретили боевого андроида ПГ-319 и группу горожан, оказавшихся знакомыми нашего кэпа и членов его команды, и отправились в город уже вместе.
Синеглаз говорил торопливо, но складно, поскольку именно эту версию, придуманную буквально на лету Шакой и Гу Синем, он уже несколько раз повторял дознавателям из службы безопасности, и собирался придерживаться ее до конца, чтобы не подвести боевых товарищей и не выдать принцессу Савитри.
— Когда мы зашли внутрь, — закончил княжич свой рассказ, нас окружили охотники и всех задержали. Моих спутников зачем-то решили отправить на рудник, а меня привели в изолятор, обращались как с неграмотным дикарем, тыкали какими-то иголками.
— Благодаря этим иголкам я узнал, что в треугольник Эхо пожаловал еще один асур, — благожелательно проговорил Нарайан.
Хотя он улыбался, его темные, пронзительные глаза оставались холодными, как два замерзших колодца. Было видно, что он не поверил ни единому слову.
— И что же, хотел бы я знать, эти городские знакомые твоих спутников делали на пустоши, как они покинули город, минуя шлюзовые камеры, и откуда у них оружие и броня, — поинтересовался глава Научного отдела, брюзгливо оттопырив нижнюю губу. — Если ты прошел пешком путь от места посадки пиратской посудины до нашего города, то, думаю, успел достаточно близко познакомится с милыми представителями местной фауны.