— По самым скромным оценкам, залежи урана на планете могли бы поспорить с сильфидскими тритиевыми разработками, — развел руками Пабло.
— Если бы только кто-то придумал, как преодолеть притяжение пульсара и наладить экспорт, — кивнул Брендан, который тоже остро переживал невозможность вернуться.
На Сербелиане его оплакивали отец-проходчик и мать-учительница.
— Вот я и говорю, что профессору Нарайану и остальной верхушке нет никакого резона отправлять рабочих копать лопатой уран безо всякой защиты. — вернулся к обсуждению Пабло.
— Не знаю, не знаю! — покачал головой Брендан, позаимствованным у Арсеньева жестом убирая со лба непослушную темную прядь. — Ты помнишь охотников?
— Мерзкие типы, — отозвался Пабло, вспоминая, как рейнджеры из города курочили их корабль.
— Они практически не похожи на людей.
— В такой кустарной броне любой сойдет за негуманоида, — пожал плечами Пабло.
— Дело не в экзоскелете, я видел их лица, — нахмурился Брендан.
— При таком уровне радиации мутации неизбежны, — вспоминая страдающих от тяжелых генетических заболеваний жителей Каллиопы и других окраинных миров, вздохнул Пабло.
— Я подозреваю, что в случае с охотниками они являются результатом направленного воздействия.
— Думаешь, наших ребят? — от чудовищности предположения Пабло похолодел, чувствуя, как шевелятся волосы на голове и наливаются болью старые, давно залеченные раны.
Он слишком хорошо помнил, каково это быть подопытным или стать сырьем для биореактора. Хотя их с Командором и ребятами донорство продолжалось всего несколько дней, воспоминаний об этом до сих пор являлись в кошмарах.
— Я почти в этом уверен, — жестко отозвался Брендан. — Под куполом проводится какой-то чудовищный эксперимент, и мы все его участники.
Пабло оделся и вышел в коридор. Часы показывали пять тридцать утра по местному времени. Так рано на научном ярусе вставали только техники и сотрудники пищеблока. Значит до начала работы остается еще два с половиной часа.
Он с тоской подумал о том, что в прежней жизни проблемы с графиком труда для него не стояло. Даже на Васуки, где не существовало канала межсети, в его распоряжении в любое время суток была система внутренних коммуникаций, и помимо трех кораблей он поддерживал связь со спутниками. В городе под куполом вся информация тщательно кодировалась, допуск к компьютеру производился только по согласованию со службой безопасности, и эти меры предосторожности, пожалуй, угнетали даже сильнее нежели невозможность послать веточку родным или сама жизнь без солнечного света в замкнутом пространстве на орбите медленно поглощаемой пульсаром умирающей звезды.
— Оператор без сети, — с горечью шутил Пабло.
Он делал вид, что сотрудничает с руководством города и пытается проложить канал, который позволил бы, использовав в качестве передатчика излучение пульсара, наладить связь с пролетающими мимо кораблями. В чем смысл этой работы он представлял себе достаточно смутно. Двигателя, способного преодолеть притяжение нейтронной звезды в галактике пока не существовало. Говорили, над чем-то подобным работал Маркус Левенталь. Но его след затерялся, а исследование осталась не завершено.
Поэтому более актуальной для себя задачей Пабло считал поиск кодов доступа к системе безопасности. Хотелось понять, что же за дичь тут под куполом творится и что заставляет профессора Нарайана кодировать информацию, словно они находятся на секретной базе Альянса. Пока работа продвигалась тяжело и медленно. Только недавно Пабло с немалым трудом получил доступ к технической документации, которая позволяла понять основные принципы работы шахты, горно-обогатительного комбината и систем жизнеобеспечения. Однако при попытке узнать коды системы блокировки дверей, его ждало разочарование. Доступ к нижним уровням осуществлялся исключительно вручную и только с письменного разрешения профессора Нарайана. А сам проход находился под круглосуточным наблюдением.
Поэтому пока Пабло сосредоточился на базе личных данных, пытаясь отыскать хоть намек на информацию о судьбе экипажа их корабля и уже нащупал скрипты, уязвимые для атаки. Теперь оставалось только улучить момент, чтобы внедрить код и получить доступ. Но для этого требовалось войти во внутреннюю сеть.
Поскольку сон испарился бесследно, а сидеть без дела Пабло не привык, он спустился в спортзал, предвкушая долгую тренировку в приятном уединении.
В юности на Ванкувере и потом на Сербелиане всем видам спорта он предпочитал серфинг. Однако в последние годы совсем забросил тренировки, болезненно напоминавшие ему о Дине, вечном сопернике и партнере, переключившись на плаванье и обязательный для всех бойцов подразделения «Барс» флай. Изломанное змееносцами тело хотя после восстановления не сбоило на марш-бросках и во время перегрузок, однако требовало постоянного внимания, не позволяя выйти из формы. Конечно, тренировку лучше проводить не с помощью программы симулятора, а в традиционном спарринге, но будить Брендана Пабло не хотелось. Пусть поспит малец. Может, во сне что-нибудь дельное придумает.