— Как это не ждет? — обиделся Таран. — Мы одних уже на пиксели порвали, и я с удовольствием эту процедуру повторю. Вы мне только огоньку подбавьте.
— Если мы сумеем запустить реактор на старом руднике, и энергетическое поле останется у нас под контролем, у них просто не получится выехать, — резонно заметил Лев Деев.
— И мы его запустим, — пообещал Дольф. — Даже если придется прорубать новый штрек. Проходческих комбайнов на руднике хватает.
— Новый штрек — это неделя работы, — вздохнул старый Хенк, и геолог-Аслан его поддержал.
— А у нас энергии меньше чем на двое суток, — проверив генератор, покачал головой Цветан. — Даже на штурм лаборатории аккумуляторов может не хватить.
— Значит, надо в любом случае договариваться с мутантами, — заключил Маркус Левенталь. — Я сам поговорю с авторитетами и главами подразделений охотников. Думаю, Виктор Громов, — добавил он, имея в виду начальника управления геологоразведки, — и еще несколько членов совета из тех, кто работал под моим началом, нас поддержат.
— Возможно, какой-то вес будет иметь и слово махарани Сансары, — оставила свои метания принцесса Савитри.
Эйо тут же поспешила ей на помощь, приводя в порядок ее пострадавший во время путешествия по техническим коридорам наряд и прическу, из которой куда-то исчезла памятная заколка с бабочкой.
— Не переживай, подруга, — напутствовала махарани Пэгги. — Если хоть волос упадет с голов Ндиди и кошака, они узнают, что такое боевой андроид в режиме уничтожения.
Увы, любое обещание всегда проще дать, нежели выполнить.
*
— Нарайан, похоже, вообразил себя Натараджей Шивой. Он отдал приказ об эвакуации лаборатории и поручил своим мясникам уничтожить всех подопытных, которые еще не прошли весь цикл перестройки генома! Гу Синь и Золтан в списке одни из первых!
С такими невеселыми новостями Брендана и его товарищей встретил Лев Деев, чья группа уже заняла позицию на подступах к лаборатории, разместившись в тесной клетушке, предназначенной для отдыха ремонтников и операторов защитного поля. Впрочем, для того, чтобы осмотреться, не привлекая внимание охраны лаборатории и не тратя драгоценную энергию на медуз, ничего иного и не требовалось. Тем более что Пабло уже сумел подключиться к закрытой локальной сети.
— А что с нашим кошаком и Ндиди? — не без труда протиснувшись внутрь, приник к монитору Эркюль.
— Про Ндиди узнать ничего не удалось, а мальчика они решили, кажется, замучить под предлогом ценности его биоматериала, — всхлипнула Кристин, хлопотавшая возле Пабло, который после марш-броска и перегрузок во время экстренного подключения по нейросети находился в предобморочном состоянии, усугубляемом жестоким разочарованием.
Взлом энергетического щита доступ в лабораторию не открывал.
— Эта гребаная дверь реагирует лишь на биометрию узкого круга лиц, включая Шатругну Нарайана, — отплевывая кровь, пояснил оператор.
— А других уязвимых мест не показывают ни чертежи, ни данные с камер наблюдения, — вздохнул Лева Деев.
— А они там точно проводят опыты, а не золотой запас хранят? — на всякий случай поинтересовался Шака, изучая схему защищенной многоступенчатой системой фильтров вентиляции, какой не могла похвастать даже знаменитая сокровищница раджей Сансары.
— Еще и давление внутри всех помещений поддерживают зачем-то ниже нормы, — добавила Пэгги, в фантастической, но при этом невероятно грациозной позе пристроившаяся возле монитора.
— Так положено по протоколу, как и соблюдение полной стерильности, — пояснила Кристин, указывая на шлюзы и специальное покрытие пола и стен. — Это место изначально проектировалось как лаборатория бактериологической защиты для профилактики инфекционных заболеваний и предотвращения эпидемий.
— В городе с замкнутой системой подачи воздуха и вентиляции даже банальная вспышка кори может иметь роковые последствия, — понимающе кивнул Брендан, вспоминая гибель колонии на Лее. — Поэтому лабораторию и разместили подальше от жилых кварталов.
— После того, как в город доставили вакцину от синдрома Усольцева, интенсивность исследований снизилась, и часть помещений, включая стационар, пустовали, — продолжила Кристин, у которой превращение эпидемиологического форпоста в фабрику смерти происходило буквально на глазах. — Поэтому профессору Нарайану не составило труда убедить совет отдать помещение ему. Тем более что первое время, дабы зарекомендовать себя, он и в самом деле занимался лечением генетических заболеваний и молекулярной хирургией.
— А я уж думал, что значок бактериологической угрозы повесили так, для отвода глаз, — заметил Аслан, изучавший строение горной породы на предмет подрыва.