Рудокопы под предводительством Прокопия, Кевина и Мубарека, пройдя коротким путем через уровень мутантов, соединились с воспрянувшими духам учеными. Однако охотники даже не думали отступать, убежденные, что выполнение приказа главы научного отдела обеспечивало безоблачное будущее их семей. Они еще не знали, что их тоже предали и обманули, а для их близких в танках даже не было предусмотрено мест. Впрочем, убеждать фанатиков уже не хватало времени, поэтому сейчас судьба города буквально зависела от Кристин.
Пабло беспокоило другое. Хотя тотем давал асурам не только внешний облик, но и свою силу, он все же отчасти подчинялся законам природы, а китовая акула не могла себя комфортно чувствовать в насыщенной солями тяжелых металлов ядовитой воде. Хотя камера уплыла непонятно куда, Пабло видел, как бедняжка Кристин бьется в тесным для ее нынешнего обличья бассейне, вспенивая воду хвостом.
Да и Савитри, связанная с сестрой ментальной связью и делившая с ней могущество духа предков и человеческую боль, не просто так отворачивалась от экрана и закрывала лицо. Пабло с болью отмечал, как сжимаются в кулаки ее руки, каким напряжением сведено тело андроида, и даже не брался представить, что сейчас творилось с любимой. Впрочем, мучительными конвульсиями сопровождался и процесс превращения. Пабло помнил, как извивалась, меняя облик, Нага, как корчился от боли бедняга Синеглаз.
— Кристин! — не выдержал Пабло, когда в объективе камеры мелькнула покрытая кровоточащими язвами девичья рука.
— Кислотный ожог, как я и предупреждал, — с тоской проговорил Брендан, ныряя в аптечку, чтобы найти и приготовить необходимые для первой помощи препараты.
— А ей хватит сил? Так и от болевого шока помереть недолго, — забеспокоился Дольф.
— Она справится, — заверила товарищей принцесса Савитри.
Махарани уже не могла даже сидеть. Эйо уложила ее на постель, заботливо вытирая со лба ледяную испарину. Савитри лежала, сжавшись в комок, ее колотила крупная дрожь, процессор не мог снизить болевой шок, поскольку там, где вступали в игру могущественные древние силы, человеческая электроника давала сбой. Но Кристин уже достигла механизма. Тонкие пальцы нажали нужную комбинацию, слабеющие руки отодвинули задвижки, и ворота шлюза медленно начали подниматься…
Пабло оказался в камере первым, чтобы успеть подхватить Кристин и вытащить ее из проклятой ядовитой жижи. Выбраться самостоятельно она не могла. Все тело, которое уже не защищал оставшийся где-то на дне бассейна арамидовый костюм, покрывали страшные ожоги. Больше всего пострадали жабры, и теперь Кристин мучительно отплевывала кровавые ошметки и тянула к шее изъязвленные руки, пытаясь разорвать горло, чтобы вздохнуть, не понимая, что дышать ей сейчас по сути нечем. Это только в сказках и легендах невесты из иного мира тают красиво и грустно, точно сладкая греза или апрельский лед. Пабло слишком хорошо помнил, каково это, когда с тебя сдирают кожу, а ведь кислота, проникая внутрь, продолжала разъедать ткани, не давая дышать.
— Срочно промой ей глаза и обрабатывай ожоги, а я сейчас подключу ее к ИВЛ, — скомандовал Брендан, всучив Пабло приготовленные препараты из аптечки и с профессиональной точностью делая на горле пациентки надрез. — В верхней камере найдем резервуар с чистой водой, чтобы вымыть эту гадость из жабр.
Товарищи торопили их. Хотя для Пабло весь мир сейчас сузился до мембраны канюли, введенной в бронхи Кристин, система уничтожения безжалостно продолжала свой отсчет. К счастью, парагвайский саймири Зигфрид и его подружка Матильда справились с заглушками верхней камеры без проблем и с куда меньшими жертвами. В самое маленькое из отверстий запустили мармозеток.
— Вот уж не думал, что твое зверье сгодится здесь на что-то кроме еды, — честно признался Дольф.
Эркюль глянул на него с укоризной, баюкая мартышек.
Для Пабло проход к очистным сооружениям и далее наверх стал не просто путем к спасению города, но и дорогой жизни Кристин. Хотя совместные усилия Брендана и Савитри предотвратили гибель от асфиксии и болевого шока, дочь Маркуса Левенталя нуждалась в срочной госпитализации. При мысли о том, что ей пришлось пережить, и какие испытания еще предстоят, даже если все закончится благополучно, Пабло начинало трясти, и значки кода плясали перед глазами. Но приходилось украдкой колоть очередную дозу стимуляторов и брать себя в руки. Ибо от правильной последовательности действий зависело очень многое, в том числе и дальнейшая жизнь возлюбленной, которая, словно Белоснежка в хрустальном гробу, лежала подключенная к системе жизнеобеспечения в активированной Бренданом спасательной капсуле.