— Есть, попали!
— Пользуясь моей травмой, леди Лемора отбирает лавры лучшего стрелка Дикого Востока, — картинно возмутился Джон Коннингтон.
Эшара продемонстрировала ему язык.
— Они отстают, — сообщила Арья. — Хорошая стрельба, леди.
Рейгару показалось, что степные пейзажи вокруг понеслись гораздо быстрее: похоже, их машинист услышал звуки стрельбы и выжимал из машины максимум.
— Мы не можем просто лететь до самого Браавоса, наслаждаясь синим небом и ласковым солнышком. Эта махина скоро сожрёт запасы угля и воды. — Как бы Эшара ни старалась выглядеть невозмутимой, её заметно потряхивало. Рейгар знал об этом эффекте не понаслышке.
Преследователи явно не были готовы поддерживать такой темп — столб дыма из их трубы отдалялся. Кроме разгромленных интерьеров о недавней схватке ничего не напоминало: колыхались некошеные степные травы да вилась среди полей Волэйна, скромный приток Ройны. Вместе с рекой в поле зрения стали попадать и кое-какие деревьица.
— Волэйна, да. — Арья тоже заметила реку. — Крытый железнодорожный мост через Волэйну. Прямо как тогда, — она разговаривала сама с собой, облокотившись о разбитую раму.
— Какой мост? Когда «тогда»? — не понял Джон.
— Вы не знаете этой героической истории? — Арья выглядела поражённой до глубины души. — Из вас же песок сыплется! В Гражданскую войну диверсанты северян угнали паровоз и заблокировали погоне путь, оставив на мосту подожжённый вагон.
Джон, Эшара и Рейгар сурово посмотрели на Арью все втроём.
— Мы воевали на другой стороне, — озвучил общее мнение Коннингтон.
Арья фыркнула и отмахнулась.
— Да какая разница? Идея-то была отличной.
Джон немедленно двинулся к голове вагона, и через несколько секунд до Рейгара донеслось:
— Эй! Эй! Тормозите за мостом! Мы сожжём его!
Состав пыхтел и скрипел, останавливаясь. Джон перекрикивался с его сыном, а Рейгар примостился на подножке и смотрел, как разморенная жарой зелёная вода плещется в промежутках между деревянными конструкциями моста.
Мимо трусцой бежал бородач, нагруженный здоровенными паровозными маслёнками. Кто-то гремел сцепкой. Арья и Эйгон вместе крутили вентиль стояночного тормоза. Рейгар наблюдал за старшим сыном, но тот, занятый делом, его не замечал. Закономерно, ведь Эйгон не знает. Рейгар для него — какой-то Дрэгон Уотерс из Седьмого гусарского.
Густой дым чужой топки струился над прериями, предвещая скорое возвращение Революционных Шаровар и его восточных орд. Слева восторженно вопила Арья:
— Гори, гори!
Устланный соломой пол вагона для лошадей вспыхнул моментально. Пламя взбиралось по бортам, яркими дорожками разбегалось по обильно политому маслом железнодорожному полотну и грозились перекинуться на стены моста. У тех северных диверсантов ничего не получилось, вспомнил Рейгар. Но сегодня дерево сухое, и фокус может пройти.
— Дакфилд! Вперёд, Утка, на всех парах! — приказывал Джон.
Отцепленный вагон пылал, как жертвенный костёр. Расположившийся в хвосте усечённого состава Рейгар мог видеть, как огонь приговаривает старинное сооружение. Горело буквально всё.
«Бум!» — поезд преследователей протаранил полыхавший вагон, однако сдвинуть с места не смог. С полминуты Рейгар не видел ничего, кроме пожара, а потом в реку начали прыгать люди. Среди прочих — красные революционные шаровары.
— …Да на фиг мне возвращаться за машиной, — говорила сзади Арья. — Как приеду в Браавос — куплю мотоцикл, давно хотела.
А за спиной кто-то стоял.
— Мистер Дрэгон Уотерс, — издевательски позвала Эшара. — Ещё не решились заново познакомиться с сыном?
Рейгар не стал ничего отвечать, подтверждать или отрицать. Интересно: секретарь — единственная профессия леди Леморы, или это очередная маленькая ложь?
— Ваше высочество вовремя восстали из пепла, — сказала Эшара. — Мировая революция грядёт, покойники возвращаются, и это ещё не конец.
Призрак IV
Утомлённое солнце упало в прерии, наконец-то закрыв этот безумный день. Арья провожала тончающую и тускнеющую рыжую полоску, удобно сгорбившись на скамье у кормы парохода. Внизу под палубами умиротворяюще гудело и звякало горячее нутро машинного отделения «Робкой девы». Плескалась под гребными колёсами вода и лопотали по-валирийски пассажиры первого класса. Всё-таки здорово, что Эшара Дейн не забыла прихватить чековую книжку Эйгона-Грифа.
— Готова поспорить — Рейгар предпочёл бы идти пешком, — сказала леди Эшара. — Стоптать сандалии. Предаться аскезе. Кажется, он так и не поборол связанные с пароходами воспоминания... Держите спину ровно, юная леди.