- Ханна, куда ты идешь?
- Я собираюсь вернуться туда, - с неожиданной решимостью отзывается Ханна, продолжая свой путь к заброшенной усадьбе. - Я знаю, как могу спасти их.
- О чем ты говоришь? - в его голосе слышатся нотки беспокойства. - Спасти их от чего?
- Элеанор долгие годы хранила от своих близких ужасный секрет... Она не хотела рассказывать им, что все они давно умерли. Но, что самое важное, она не хотела говорить, как они умерли.
Ханна идет очень быстро, легко маневрируя среди заснеженных деревьев. Виктор едва ли успевает за ней. Наконец впереди появляется расплывчатый силуэт заброшенной усадьбы. Ханна с невероятной легкостью взбегает по лестнице и оказывается у дверей Косой усадьбы. Виктор нагоняет ее, хватает за руку и резко разворачивает к себе лицом.
- Ханна, я до сих пор не совсем... - после короткой пробежки слова даются ему с трудом. Он замолкает, чтобы перевести дыхание, а затем продолжает, не отводя глаз от девушки: - ...понимаю, что произошло там с тобой. И я не знаю, что делать с этим. Но, если ты веришь в это, тогда и я верю. Я хочу тебе помочь, - он сильнее стискивает ее запястья. - Я буду с тобой до самого конца, чтобы ни случилось.
Девушка заглядывает в его глаза и видит в них решимость. Она оборачивается, чтобы взглянуть на наглухо закрытые двери усадьбы, и понимает, что ей страшно возвращаться туда в полном одиночестве.
Может, со стороны усадьба выглядит безжизненной, и в ней царит многолетний покой. Но это не так. Ханна знает правду, знает, что происходит в самом сердце Косой усадьбы. И все происходящее сейчас - ее рук дело. Это она втянула детей Уэйверли в неприятности, она выпустила их обезумевшую мать из заточения. А значит, ей самой это все и разгребать.
Даже если Виктор готов ввязаться во все это, даже если говорит, что верит мне, он не знает всей правды. Наверняка он все еще сомневается, думает, что я просто хорошенько приложилась головой. И, что самое главное, он не знает, что ждет нас на той стороне. Не знает, с чем нам предстоит столкнуться...
Она делает глубокий вздох и медленно освобождает свои руки от цепкой хватки Виктора.
- Прости, но я не хочу подвергать тебя опасности.
- Опасности? Ты же понимаешь, как это звучит? - его голос звучит подавленно. - Как бы ты ни хотела защитить меня... я тоже хочу защитить тебя.
- Мне жаль, Виктор, но это только мои проблемы. И я должна разобраться с ними сама.
Виктор опускает голову, не в силах больше сопротивляться упертости девушки.
- Хорошо. Я знаю, что спорить с тобой бесполезно, но я буду прямо снаружи, если вдруг понадоблюсь.
Если бы только Виктор знал, как на самом деле это «прямо снаружи» далеко...
Ханна толкает тяжелые деревянные двери и, прежде чем оставить Виктора снаружи в одиночестве, благодарно улыбается ему. После этого она входит в хорошо знакомое фойе Косой усадьбы, закрывая за собой двери.
Фойе вернулось в свое современное состояние: повсюду разбитая мебель, осколки и толстый слой пыли. В помещении тихо и мрачно. Ханна слышит, как за дверями усадьбы завывает холодный зимний ветер.
Надеюсь, Виктор будет ждать в машине. На улице слишком холодно.
Она обходит фойе. Под ногами хрустят мелкие осколки. Собственные шаги кажутся слишком громкими в этом царстве вечной тишины. Ханне безумно хочется вернуться в прошлое, снова услышать звонкий голосок Саймона, обсудить поэзию с Клариссой, поиграть на пианино с Томасом и прогуляться по окрестностям усадьбы с Элеанор. Но сейчас все это не имеет значения, сейчас все Уэйверли в большой опасности.
Мне нужно, чтобы Элеанор позволила мне вернуться...
Ханна останавливается посреди комнаты, закрывает глаза и опускает голову в извиняющемся жесте:
- Элеанор, пожалуйста, позволь мне вернуться! Мне жаль, что я не слушала тебя... Прости меня за все!
Ответа не следует... Только звук ее собственных просьб эхом разливается по усадьбе. Ханна зажмуривается и сжимает кулаки. Она просит еще усерднее, понимая, как это сейчас важно:
- Элеанор, пожалуйста, если ты слышишь меня... Я думаю, что знаю, как остановить все это! Я думаю, что знаю, как ты можешь спасти своих братьев и сестру!
Ханна резко открывает глаза и видит, как стены вокруг нее начинают меняться... Сломанные стулья снова становятся целыми, а упавшая люстра плывет обратно к потолку, словно сверкающая медуза.
- Спасибо, Элеанор. Я постараюсь не подвести тебя на этот раз.
Осматриваясь вокруг, Ханна не обнаруживает никаких признаков Уэйверли и начинает нервничать. Где они? Надеюсь, они не ранены. Как раз в этот момент дверь в гостиную приоткрывается, и через небольшую щель Ханна видит Элеанор. Девушка машет рукой, подзывая гостью к себе: