— Нам пора уходить, — говорю после завтрака, сваливая тарелки в раковину. — Мне нужно постирать.
Мэдди спрыгивает со стула и смотрит на Джонатана.
— Ты идешь? Ты можешь снова переночевать у нас.
— Не сегодня, — отвечает он. — Утром у тебя занятия, а твоей маме надо на работу.
Мэдди хмурится.
— Но ты придешь завтра поиграть?
— Конечно, если ты хочешь.
Мэдди кивает.
— Увидимся завтра!
— Увидимся завтра, — отвечает, когда она уходит, направляясь в фойе. Затем поворачивается ко мне. — Спасибо, Кей.
— За что ты меня благодаришь?
— За то, что дала мне второй шанс, — поясняет. — И третий, и четвертый, и пятый...
— И двадцатый.
Он смеется.
— И за двадцатый.
— Двадцать первого не будет, — предупреждаю. — Когда-нибудь я подведу черту.
— Мне больше не понадобится, — утверждает Джонатан, кладет руку мне на бедро и притягивает ближе, ставя между своих ног. — На это раз я сделаю все правильно.
— Тетя Меган!
Мэдди бежит в квартиру, как только я паркую машину и выпускаю ее, сразу направляясь к Меган, которая стоит у входной двери.
— Привет, сахарная печенька с пеканом! — приветствует ее Меган, поднимая и кружа. — Как дела у моей сладкой племянницы, которая все еще в пижаме, хоть уже и полдень?
Меган смотрит на меня с подозрением. Да, это как будто тебя ловят утром во вчерашней одежде. Я даже не расчесала волосы. Брр, не принимала душ. ДНК ее брата по всему моему телу, а Меган — человеческий эквивалент собаки-ищейки.
В секунду, когда я подхожу ближе, она знает.
— Мой папа возил меня на фестиваль! — говорит Мэдди, когда Меган ставит ее на ноги. — И затем у нас была ночевка, но он спал с мамочкой, а потом мы ели бекон!
— Вау, — отвечает Меган, многозначительно смотря на меня и повторяясь. — Вау.
Открываю входную дверь, Мэдди вбегает внутрь, направляясь сразу к себе в спальню, а я остаюсь на месте, понимая, что Меган завалит меня вопросами.
— Ты, бл*дь, должно быть шутишь, — восклицает Меган и смотрит на картонную фигуру Бризо, которая все еще стоит в гостиной, затем переводит взгляд на меня в неверии. — Серьезно.
— Ничего не могла с этим поделать.
— Это твоя квартира.
— Да, ну...
У меня нет оправдания.
— Невероятно, — говорит Меган, качая головой. — Ночевка? Вы… вау, ты и, правда, снова с ним?
— Нет, мы не вместе, мы просто… я не знаю, — вздыхаю, проводя рукой по лицу. — Я не знаю, что творю.
— Очевидно, — констатирует Меган, снова смотря на фигуру брата.
— Мне нужно принять душ, — говорю. — Я скоро.
— Да, иди. Может, получится стереть его с себя.
Слишком поздно для этого, думаю, но не смею сказать. Он внутри меня прямо сейчас — и буквально и образно.
Принимаю душ, одеваюсь, и как только снова чувствую себя человеком, собираю одежду, чтобы отнести в прачечную, так как моя машинка все еще сломана. Меган иногда приходит по воскресеньям и проводит время с Мэдди, чтобы дать мне возможность отдохнуть, а также убраться без прерываний.
После того как стирка закончена, я иду в продуктовый и закупаю еды, также покупая хлопья «Лаки Чармс» для завтраков. После этого направляюсь домой, иду в свою спальню и раскладываю одежду, когда мое внимание приковывает картонная коробка, засунутая в шкаф недели назад. Снова ее вытаскиваю, перебираю пыльные воспоминания и хватаю старый блокнот. Дешевая черная обложка испортилась за все эти годы. Могу только нечетко разглядеть свои каракули.
Пролистываю его — двести страниц, большинство из них наполнены моим неровным почерком. Блокнот кажется тяжелее, чем должен быть на самом деле, но я знаю, что это не вес страниц, а кусочки моей души, которые я вложила в него годы назад.
— Ты — идиотка, — объявляет Меган, заглядывая в спальню.
Смеюсь.
— Знаю.
18 глава
Джонатан
— Тебе стоит купить растение в горшке.
Я смеюсь, сидя на деревянном столе для пикника в темноте, слушая, как Джек бормочет в динамик.
— Растение.
— Серьезно, выслушай меня. Ты покупаешь растение, ухаживаешь за ним, поддерживаешь в нем жизнь и — бам! — ты готов ко всей этой серьезной херне.
— Это глупо.
— Нет, не глупо. Это реальная тема. Я видел такое в фильме «28 дней».
— Тот про Зомби?
— Нет, мужик, с Сандрой Баллок. Ты думаешь о «28 дней спустя».
— Ты взял совет из фильма с Сандрой Баллок?
— Ох, черт, не надо меня осуждать. Это гораздо лучше, чем то дерьмо, что ты создаешь. И, кроме того, это хороший совет.
— Купить растение.
— Да.
— Ты уже покупал?
— Что?
— Растение, — поясняю. — Ты покупал растение, чтобы доказать себе, что готов к отношениям?
— Нет, — отвечает.
— Почему нет?
— Потому что мне не нужно растение, чтобы понять то, что я уже знаю, — говорит он. — Я ношу боксеры со смайликами и ем чипсы «Читос» в моей квартире на цокольном этаже. Почти уверен, что все знаки на лицо.
— Боксеры со смайлами? — смеюсь. — Говорим о типичном интернет тролле.
— Да, да, неважно, — говорит он. — Разговор не обо мне, а о тебе.
— Я пытаюсь говорить обо мне.
— Святое дерьмо! Серьезно? Не думал, что такое возможно.
— Забавно.
— Помнишь то интервью, что ты дал на «Позднее шоу со Стивеном Кольберо» два года назад?
— Не хочу об этом говорить.
— Ты выжил из ума, продолжая утверждать о себе в третьем лице.
— Пошел на хер.
— Уверен, что тот парень никогда бы не пытался говорить о себе.
— Ты — придурок.
Он смеется.
— Правда.
— Ты действуешь мне на нервы.
— Всегда, пожалуйста.
Вздохнув, качаю головой.
— Спасибо.
— Теперь иди, купи растение, — настаивает. — Я был в процессе игры Call of Duty, когда ты позвонил, поэтому собираюсь вернуться к ней.
— Да, хорошо.
— Ох, и Канниг! Я рад, что ты не утопился в бутылке виски.
— Почему? Ты бы по мне скучал?
— Больше то, что твои фанатки убьют меня, если я позволю тебе сломаться, — говорит Джек. — Не знаю, заметил ли ты, но они сумасшедшие. Ты видел их фан-арты? Они безумные.
— Пока, Джек, — отвечаю, нажимая на «отключить вызов». Кладу телефон в карман, когда сзади кто-то прочищает горло, застигая меня врасплох. Разворачиваюсь и вижу, как светлые волосы сияют в лунном свете. — Меган?
— Твой друг звучит как настоящий лидер, — говорит она. — Джек, правильно? Кто он? Трехсоткиллограмовый, прыщавый женоненавистник и президент фан-клуба Джонни Каннинга?
Сухо смеюсь.
— Не совсем.
Меган подходит ближе, ее выражение лица суровое, плечи напряжены. Она настороженная, напряженная, как будто по ее венам течет лед.
Наши с сестрой отношения не всегда были такими холодными.
— Ты можешь сказать, — говорю ей. — То, ради чего пришла.
Она усаживается на стол для пикника рядом со мной и смотрит на потемневшую гладь воды.
— Здесь была первая вечеринка по случаю дня рождения Мэдди, — начинает она. — Если это можно было назвать вечеринкой. Были только я, Кеннеди и ее родители. Никаких других детей — только семья. Отец подъезжал и это… ну, это была катастрофа.
Я напрягаюсь.
— Не думал, что он вовлечен в жизнь Мэдисон.
— Он не вовлечен, — отвечает сестра. — Отец Кеннеди сказал ему уйти, что его не приглашали, поэтому отец бросил свой подарок и ушел, больше не пытаясь наладить отношения.