Голос Джонатана такой же жесткий, как и взгляд, когда он говорит:
— Хастингс.
— Каннингем, — невозмутимо отвечает Дрю.
— Какого черты ты здесь делаешь?
Дрю указывает на меня.
— Забираю ее на свидание.
Я вижу, как до Джонатана доходит смысл слов, он понимает, что вот мой кавалер на сегодняшний вечер. Прошло много времени с тех пор, как я слышала, что кто-то звал его по настоящей фамилии.
Джонатан поворачивается ко мне, его выражение лица суровое, когда он пытается сдержать гнев, но ему тяжело.
— Он? Вот с кем у тебя свидание? С ним ты встречаешься?
Начинаю отвечать, но он не позволяет мне.
— Невероятно, — Джонатан качает головой. — Как ты могла?
Из-за этих слов мне хочется защищаться.
— Извини?
— Он часть твоей жизни? Жизни Мэдисон? Иисус Христос, ты позволяешь ему быть рядом с ней? О чем, черт побери, ты думаешь?
— Нет, — отвечаю, вытягивая руку, чтобы остановить его поток слов. — Даже не думай говорить об этом.
— Ты должен прислушаться к леди, — встревает Дрю. — И заняться своими делами.
— Это мое гребаное дело, — выпаливает Джонатан, делая шаг к Дрю, все в нем внезапно излучает агрессию. — Мы говорим о моей дочери. Моей. И я не знаю, что ты сделал, чтобы стать частью их жизни, но ты также не получишь ее мать. Не получишь никого из них. Ты не можешь украсть мою гребную жизнь!
— Прекратите, — рычу, вставая между ними.
Джонатан яростно трясет головой, сжимая левую руку в кулак. Не думаю, что он собирается замахнуться, раз уже его правая рука в гипсе, но вижу, что хочет.
И не помогает то, что Дрю начинает смеяться. Изумление сквозит в его голосе, когда он произносит:
— Не могу украсть то, что и так доступно всякому желающему.
Это побуждает Джонатана действовать. Он направляется к Дрю, но я перекрываю ему путь. Толкаю его, сильно, заставляя отступить.
— Просто... уходи, Джонатан. Уходи!
Он смотрит на меня, у него суровое выражение лица, когда говорит:
— Не могу поверить.
Развернувшись, Джонатан уходит, оставив меня стоять на месте и закипать.
Невероятно.
Он не может поверить? Мне? Он ведет себя так, будто я неправа?
— Вижу, что он снова показался, — говорит Дрю. — Как долго он здесь?
— Эм, около двух недель, — бормочу, наблюдая, как Джонатан исчезает в ночи.
— Ты не упоминала.
— Не хотела говорить об этом, — поясняю. — Все еще не хочу.
— Достаточно справедливо, — Дрю хватает меня за плечо, нежно сжимая. — Как насчет того, что мы уйдем? Забудем о случившемся?
— Звучит здорово, — улыбаюсь ему, но знаю, что это дохлый номер, забыть не получится. Я чувствую, как моя кровь закипает. Хочу последовать за этим мужчиной в темноту и поставить его на место.
14 глава
Джонатан
Шаг вперед, пятьдесят шагов назад.
Вот как это чувствуется, будто меня опрокинули назад на задницу, когда я только нашел силы подняться.
Мой телефон лежит рядом со мной, когда я сижу на старом деревянном столе для пикника под покровом ночи, которая уже сгустилась вокруг парка. Это глупо. Я глупый. Нет, хуже... я слабый. Лист контактов открыт в телефоне, экран освещен, но я не хочу ни на что нажимать.
В моих руках тяжелая стеклянная бутылка виски. Не узнаю бренд. Схватил первую попавшуюся в магазине на пути сюда — что-то дешевое и крепкое.
Я почти могу почувствовать жжение.
Смотрю на нее.
И смотрю.
И, бл*дь, продолжаю смотреть.
Бутылка все еще запечатана.
Будет так легко откупорить ее и сделать глоток, заглушить боль, злость, мучение.
Схватившись за крышку, откупориваю ее, повреждая печать и ощущая сильный аромат жидкости, как вдруг мой телефон вибрирует на столе. Имя Джека высвечивается на экране. Вздохнув, я игнорирую, но он продолжает звонить.
Снова.
И снова.
— Черт побери, — бормочу, отвечая на четвертый звонок и сразу включая динамик.
— Всегда знал, что ты — боль в заднице, Джек. Но не осознавал, что ты экстрасенс.
Джек смеется.
— Что я могу сказать? Я чувствую, когда кто-то в беде. Возможно, во мне есть что-то от Йоды.
— Забавно, — бормочу.
— По правде говоря, я звоню поздравить тебя.
— С чем?
— За целую неделю не украсил собой ни один таблоид, — объясняет он. — Сегодня ходил в продуктовый и не увидел нигде твою уродливую рожу. Это сделало мой день.