Мы услышали приближающиеся шаги и неосознанно притаились. После этого зазвонил домашний телефон и трубку поднял отец. Это звонил Винсент и мы хорошо слышали о чём он говорит, потому как он стоял за воротами моего дома. Голос отца мы тоже хорошо слышали, ведь его крик не могли сдержать никакие стены. Он поклялся, что если Винсент приблизиться ко мне хоть на метр или попадётся ему на глаза, он закопает его на пустыре, что и собаки не отыщут. Папа не шутил и он это понял, поэтому тут же сбросил звонок и убежал.
А на следующий день, я вогнала в ступор весь танцевальный коллектив, частью которого являлась, ведь мой внешний вид, оставлял желать лучшего. У меня был разбит лоб, бровь, губа и остался синяк на скуле слева и на шее. Про тело не стоит и говорить. Я рассказала обо всём в двух словах и занялась подготовкой к предстоящему мероприятию. Да, в то время я, Анастейша и Кейт занимались хип-хопом и как раз в тот день, был какой-то праздник, на котором выступала наша группа. Но и здесь я выделилась, ведь пришлось скрывать следы побоев. У всех грим был на левой части лица, а у меня на правой.
Мы выступили как никогда, публика шумела и подстраивалась под “ритм”, да и чувствовали мы себя превосходно, ничего не предвещало беды. Вот только, когда мы возвращались в студию, я наконец заглянула в свой телефон и обнаружила кучу пропущенных от мамы. Я решила перезвонить и стоило ей ответить, начала тараторить про выступление, но её слова быстро отрезвили меня. Мама приказала немедленно ехать в больницу. У папы, на нервной почве, открылось внутреннее кровотечение, поэтому его пришлось срочно госпитализировать. Это случилось из-за меня. Из-за того, что я не послушала маму и…
– Клэр, хватит. – неожиданно раздался голос Эвана, от которого я подскочила. Я настолько глубоко ушла в себя, что совсем забыла о том, что он рядом. Мужчина выглядел обеспокоенным и виноватым, словно и сам был не рад тому, что спросил меня об этом.
– Прости. Я не должна была вдаваться в детали.
– О чём ты говоришь? – искренне удивился тот. – Я безумно рад, что ты рассказала мне о прошлом, просто теперь, меня разрывает на части. – прикоснувшись к моему лицу, ответил Эван. – Меня передёргивает от одной мысли о том, через что тебе пришлось пройти и это сводит с ума. Я хочу разорвать всех этих ублюдков, что причинили тебе боль, но…
– Прошлое это не изменит.
– Именно. – повалив меня на постель, ответил мужчина. – Но и оставить всё как есть не могу.
– Что ты задумал? – насторожилась я, потому как его слова прозвучали как угроза.
– Не беспокойся, убивать их не стану. – криво усмехнулся Эван, нависая надо мной.
– Знаешь, это вовсе не успокаивает.
– Тебе не обо мне нужно беспокоиться, а о своей “банде”. Ты ведь ничего им не рассказала, хоть они и продолжали приходить в больницу каждый день. Рано или поздно, они обо всём узнают и как же ты их остановишь?
– Примерно так же как и тебя. – обвив его шею руками, загадочно произнесла я. – Крепко-крепко обниму и попрошу не оставлять меня. Думаю, это сработает.
– Этого чертовски мало, но ты на верном пути. – улыбнулся тот и поцеловал, а я охотно ответила на ласку.
Как бы там ни было, но Эван оказался чертовски прав в том, что меня ждёт разнос по всем фронтам от моих девочек и причиной тому, стали мои родители. Они не выдержали их “атак” и сдали меня с потрохами, а это значит, что мне пришёл звиздец! И как результат, пока мужчина был на работе, эта шайка взбесившихся опоссумов, ворвалась в мою квартиру и если бы не ранение, избила бы до полусмерти. Как бы я не хотела скрыть произошедшее от них, но утаивать дальше не имело смысла. Я рассказала обо всём и впервые за долгое время, поделилась с ними своими переживаниями. А конкретно тем, что мне предстоит появиться в суде и самое главное, столкнуться лицом к лицу со своим прошлым. Их праведному гневу не было предела. Казалось, будь Винсент на свободе, эти фурии отыскали бы его быстрее чем поисковые собаки и разорвали бы в клочья, словно перьевую подушку. Наблюдать за этим было весело и страх, немного отошёл на задний план. Душу грела мысль о том, что отныне я не одна и не придётся справляться со всем в одиночку. Дышать определённо стало легче, словно с плеч сняли тяжкий груз, всё это время тянущий меня на дно.