Теперь, как и обещала, расскажу о моём брате и сестре…
Прежде чем моих родителей свела судьба, ну или отец был слишком прытким и точно знал чего хотел, (их историей я даже делилась в социальных сетях), но они уже перенесли не совсем счастливый опыт семейной жизни. У мамы от первого брака был Вилли, а у папы Мэри. Разница в возрасте у меня с ними, скажем так не хилая. С братом в девятнадцать, а с сестрой в шестнадцать. В детстве мы были довольно дружны, даже жили все вместе, но с Вилли у меня были более тёплые отношения. Мэри, девушка своеобразная, своенравная и немного жёсткая. Её понятия таковы – мне все должны и стоит хоть раз отказать, она надолго это запомнит и проведёт черту. Именно по этой причине, наше общение сводится к минимуму и ограничивается редкими звонками и поздравлениями на праздники. Мне бы хотелось чтобы всё оказалось иначе, но, к сожалению, желание что-то изменить, должно исходить от двоих…
Что касается брата, то здесь драма вселенского масштаба. Как я ранее упомянула, с Вилли я была близка и даже зависима. Родители не вылезали с работы, а значит я оставалась на его попечение. А потом, когда мне было девять, он исчез. Поехал на заработки в Канаду и не вернулся. Мы искали его семь лет, писали и звонили куда только можно и в итоге, смирились с тем, что уже никогда его не увидим. Но, мы ошибались.
В последний год старшей школы, я по просьбе отца удаляла накопившиеся sms на его телефоне и увидела то, что повергло нас в шок. Это было sms с незнакомого номера, с кодом другой страны и в нём было написано: “Мам, пап – я жив. Скоро приеду…” Мы были в ахере! А потом, я узнала от мамы, что за несколько месяцев до этого, к ней подошла цыганка и ни с того ни с сего заявила: “Зря ты сына похоронила, жив он. Скоро весточку пришлёт. Дочь у тебя растёт – ох и натерпится твоё дитя, но потом, счастливой будет.” Что ж, предсказание сбылось. Вилли приехал в ноябре и не один, с беременной женой. Мы, конечно, были рады его возвращению, да и то, что у родителей наконец появится внучка, так же было поводом для счастья, но, он так и не извинился за то, лишил нас сна и нескольких лет жизни…
Мы все изменились, наши жизни разделились на до и после и между нами образовалась слишком большая пропасть. Но даже теперь, с Вилли я общаюсь гораздо больше, особенно в данный момент, потому как он живёт в Канаде и о состоянии отца узнаёт лишь от меня и мамы, а вот с Мэри, нас не сблизила даже общая боль и трагедия…
В коме он пробыл всего сутки. Во вторник, тринадцатого числа, ХХ месяца, две тысячи двадцать первого года, в тринадцать тридцать – я лишилась отца. Когда в обед позвонила мама, я уже знала, что она скажет. В первые секунды, я вообще не понимала её, потом, хоть и медленно, информация начала проникать в мою голову. Мне, словно со всего маху ударили поддых, приложив при этом райд тарелкой по месту, в котором по идее должны быть мозги. Воздух напрочь вышибло из лёгких, а в горле застрял крик. Зажав рот ладонью, я застонала, проглатывая рыдания, не в силах произнести хоть слово. Мама плаката, но в отличии от меня держалась довольно стойко. Да, она права – самое страшное лишь впереди. Я не спала уже больше двух суток, почти не ела и ночь перед вторником не была исключением. Стоило закрыть глаза и я видела папу. Всё мысли кружилась лишь вокруг него, даже те, которых я больше всего боялась. В полночь, я почувствовала до боли знакомый запах. Смесь машинного масла, давнишнего перегара и сигарет. Втянула его носом как можно сильнее, мечтая навсегда сохранить его в лёгких. Сжав подушку зубами, я закричала, а в голове продолжал биться в панике внутренний голос: "Папа! Папочка!…". Я смогла уснуть лишь на рассвете, но уже через час снова захлёбывалась слезами. Мне приснился сон о том, что мне позвонила Мэри и спросила о том, когда я собираюсь приехать. Я ответила, что уже собираю вещи, на что она попросила приехать как можно скорее, потому как папы больше нет. Потом была сцена похорон. Быстрая, но я успела запомнить как сильно плакал дядя. Я чувствовала, что этот сон не случайный. И даже звонок от мамы утром не мог убедить меня в обратном. Ей позвонил врач и сообщил о том, что папа без изменений, но он борется за жизнь, а через четыре часа, нам объявили о его смерти.