– Отец тоже в органах работает? – спросил Сергей Васильевич, который уже начал кое о чем догадываться. Бедная Галя!
– Да. Начальник наш.
Сергей Васильевич вспомнил мужчину, который заглядывал в кабинет. Вспомнил и панику в глазах Гали при его появлении.
– … а мать у него – учительница. Закодировать его пыталась, вроде пить перестал. Только у него крыша еще больше поехала. Неделю продержался, а после еще больше прежнего пить стал…
Антон внимательно глядел на Евгения Андреевича, взволнованно прокручивая в голове возможные финалы этой истории.
– А потом он Галю избил сильно, и застрелился. Он в доме частном жил … Вот там их и нашли. Соседка там одна любопытная была, зашла к нему, когда выстрел услышала. Галя, наручниками пристегнутая, на полу сидела. Живого места не было на ней! Поэтому и сегодня, когда наручники надели на нее… вон что с ней. Я сразу об этом подумал… А муж ее в соседней комнате застрелился из ружья.
– А точно сам застрелился? – спросил Сергей Васильевич.
– Да. Эксперты сказали – сам. И Галя подтвердила…
Дверь открылась, и на кухню зашла Галя. Она заплаканными глазами посмотрела на всех троих, а затем спросила:
– Евгений Андреевич, вы все рассказали, да? Антон. Сергей Васильевич. Я не хотела, чтобы вы узнали…
«Галя, Галя… Что же мне сделать, чтобы ты все это забыла?».
Сергей Васильевич осторожно спросил:
– Галя… Это же не муж твой тебя избил, а его отец, да?
Антон вопросительно посмотрел на дядю.
Галя молчала. Впрочем, об этом она молчала уже восемнадцать лет.
– Просто кивни, если так, – попросил Сергей Васильевич, видя, как к ее глазам опять подступают слезы.
Галя отвернулась к стене, прижавшись к ней ладонями, и кивнула.
Антон дотянулся и погладил ее по руке.
– Как вы догадались, что это он? – тихо спросила она Сергея Васильевича.
– Опыт, – стараясь говорить как можно спокойнее, ответил он. – Во-первых – ты не любишь, когда мы в форме. Я давно уже это заметил. Поэтому ты так испугалась – когда мы зимой тебя вызвали …
Галя опять кивнула. Она все так же стояла спиной к ним, опираясь руками о стену.
– Я тогда подумала, что опять все повторится....
Антон, который волновался не меньше Гали, сказал:
– Дядя, давай потом? Галя, пойдем, полежишь еще…
Но Галя все же продолжила:
– Он ждал меня на улице, когда я выходила с работы. Сначала убеждал вернуться к Андрею. Я не согласилась. Потом предложил подвезти. Я села в машину. Дальше – не помню. Очнулась уже в доме – у Андрея.
Галя опять заплакала.
***
18 лет назад.
Галя вышла из магазина. Там, одетый в форму – было семь часов вечера, и он, видимо, только освободился – ее ждал Александр Иванович.
– Галя, здравствуй!
Галя постаралась проскочить мимо него.
– Галя, подожди, я поговорить с тобой пришел. Вернись к Андрею!
– Зачем? Поймите вы – я не могу так жить!
– Да пойми ты, – перебил ее Александр Иванович. – Он без тебя не может! Он же пьет постоянно! Крыша уже поехала у него! Говорит – жить без тебя не будет! И мать его концерты закатывает каждый день… Тоже кричит, что если Андрюша с собой покончит, то и она тоже… – Он помолчал, а затем добавил, уже успокоившись. – Впрочем, я тебя понимаю… Ладно, садись, давай я тебя хоть подвезу…
Галя, помедлив, все же села в машину. Тут же он приложил к ее носу тряпку – и Галя потеряла сознание.
Очнулась она в их с Андреем спальне. Ее руки были пристегнуты к спинке кровати, сама она сидела на полу.
– Ну что, очухалась? – Александр Иванович присел перед ней на корточки. – Последний раз прошу по-хорошему – вернись к нему и живи без выкрутасов. Вернешься?
Он погладил ее по груди, которая ему всегда нравилась. Затем – резко сжал ей горло.
– Ты пойми – он наш единственный сын. Мы о нем столько лет мечтали! Не сегодня, так завтра он с собой покончит. Оля этого не переживет! А ты нам чужая. И если думаешь, что я тебя пожалею, то ты ошибаешься!