Но Катерина ему этого не позволила. Она решила добиться ответа во что бы то ни стало! Потому что, хотя она сама себе в этом не признавалась, те шаги на темной стороне дома и то тягостное ощущение, которое она испытала, бывая там, да и то обстоятельство, что прислуга ни в какую не соглашалась без нужды ходить на ту половину, все это требовало объяснения. Поэтому она продолжила:
-А после того?
-А после… - Алексей призадумался, - после жили мои родители, я, но ничего не менялось в доме. И это заметно, ведь он совсем не похож на те дома, что строят нынче.
-А что случилось с тем Долентовским, что построил этот дом?
-Что случилось? Ну-у… - по правде говоря, Алексей весьма смутно помнил эту историю. – Кажется, где-то об этом у батюшки моего сохранились записи. Точно я не помню, но Григорий Долентовский умер довольно рано. Ему было тридцать лет с небольшим, как мне помнится.
-А его жена?
-Жена?
-Он ведь, кажется, хотел жениться, ты говорил.
-С женой его произошла странная история… - медленно произнес Алексей. – Она то ли пропала, то ли бежала… То ли умерла… Но произошло это за несколько месяцев до смерти ее мужа.
-Вот как… Что за странность… А дети у них были?
-Нет, детей не было, это я точно помню, - ответил он.
-Но как же тогда… Кому досталось поместье? Ведь ты тоже носишь эту фамилию, - удивилась Катенька.
-Григорию наследовал его младший брат Федор. Вот уж у того были дети и, собственно, именно он приходится мне прадедом.
-Прадедом?
-Да. Федор Федорович был дедом моего отца, а мне, значит, он приходится именно прадедом.
-Как интересно… - протянула Катенька.
После его рассказа она прильнула к мужу и задумалась.
-Что-то мне кажется, что эта история тебя сильно интересует. С чего бы это? – спросил Алексей.
-Не знаю… - она и в самом деле не знала. – Просто так…
-Ну, что же, просто, так просто. Да, пусть тебя та часть дома больше не пугает. Я перестрою ее или вовсе уберу, ежели пожелаешь.
-Да, пожалуй, - кивнула головой Катерина.
Эта идея ее и обрадовала, и насторожила.
-Кто знает, что мы там найдем… - прибавила она.
-Да что мы там можем найти? – удивился Алексей.
Катенька рассмеялась:
-Ты мои глупости не слушай!
-Не буду, - пообещал он. – Но лишь при одном условии.
-Каком? – она лукаво наклонила головку.
-Если ты перестанешь их говорить, а лучше поцелуешь меня…
Глава 7
1735 год
«25 мая 1735 года.
Я не знаю, как это могло произойти. Душа моя полна неведомых мне ранее чувств. Неужели это любовь? И что же мне теперь делать?
Прежде, я опишу его для себя. Можно ли быть более нежным, более добрым? Более внимательным и приятным? Ни единого резкого слова, ни одного недоброго взгляда. Меж ним и Григорием разница в четыре года, он – младше моего мужа. И, быть может, именно это обстоятельство так привлекает меня к нему? Ведь по возрасту мы с ним ближе друг другу, чем я и Григорий.
Отчего мы не встретились раньше, когда я не была еще замужем? Но как бы мы могли встретиться? Я бы никогда не узнала его, ежели б не вышла замуж и не приехала в эти края. Радоваться ли или огорчаться сему обстоятельству?
Вчера мы встретились с ним вновь. Прошло лишь десять дней с той поры, как мы увиделись впервые, а это уже была вторая наша встреча наедине. Я и помыслить не могла, чтобы Иван обратил на меня внимание в тот день. Но не прошло и трех дней, как во время прогулки в парке я встретила его. И тут же он признался мне в своих чувствах.
Сказать ли, что я не смогла устоять перед этим признанием? Да разве сие требует пояснений… Более ничего не напишу, ибо боюсь. Чего боюсь – сама не ведаю, но мне нынче тревожно».
Катерина бережно просушила чернила и припрятала записки в ящик стола. И вовремя она это сделала! Дверь ее спальни с шумом распахнулась и на пороге появился Григорий.