-Да, я никак не могла сказать тебе «уходи», - пылко заговорила Катенька. - Я помню, как ужасна мне была сама мысль о том, что мне надо сказать тебе «оставь меня, я люблю другого». Ты тогда потребовал холодного отчета, а я не могла. Вот если бы я продолжала кричать, то в крике могла бы высказать любую глупость. Ведь, как мне казалось тогда и кажется теперь, сказанное в запальчивости всегда можно взять назад, а вот сказанное спокойно и тихо – нет…
-Да уж, хитрюга… - рассмеялся Алексей.
Хлопнула дверь:
-Барин, там к вам господин Лопухин просятся, - это в комнату с поклоном вошел дворецкий.
-Что? – вздрогнула Катенька. – Я…
-Успокойся, душа моя, успокойся… Я сейчас выйду, - обернулся Алексей к дворецкому. – Вели гостю обождать в большой гостиной. А ты ни о чем не беспокойся, Катенька, - он успокаивающе погладил жену по руке. – Я скоро вернусь, - при этих словах Долентовский поднялся и пошел к двери.
-Не ходи к нему!…
-Я скоро вернусь, - повторил Алексей спокойно.
Глава 20
1816 год
-Приветствую вас, сударь! – Лопухин живо обернулся к хозяину дома и улыбнулся так широко, как только мог.
-И вам доброго дня, - спокойно ответил Долентовский. – Рад видеть вас в столь бодром расположении духа. И что тому причиной, осмелюсь спросить?
-Признаться, я ожидал от вас другого приема. Более холодного что ли…
-Вот как? Отчего?
-Ну-у… отчего… - протянул Лопухин. – Неужели вы не догадываетесь?
-Совершенно не догадываюсь, - Алексей вежливо улыбнулся.
-Позвольте тогда мне говорить прямо.
-Сделайте милость.
Лопухин прошелся по комнате и наконец, остановившись перед Алексеем, произнес:
-Для вас, как мне кажется, не являются тайной мои отношения с Екатериной Петровной… С вашей женой.
Алексей помолчал.
-Отношения с моей женой? У вас?
-Да. Только не делайте вид, будто бы вы ничего не знаете, - Лопухин произнес это уже с некоторым раздражением.
-Мне кажется, вы заблуждаетесь, сударь.
-Я? Заблуждаюсь? Ничуть.
-То есть вы хотите сказать, - прищурился Долентовский, - что вас и мою жену связывает некая… - он с трудом подобрал слово, - некая общая тайна?
-Да, именно это я и хотел сказать.
-Но я все еще не понимаю…
-Ну как же, - прервал собеседника Лопухин, - как же этого можно не понять. Речь идет не просто о тайне, речь идет о тайной связи.
-То есть, - Алексей делал вид, что по-прежнему ничего не понимает, - между вами и Екатериной Петровной существует тайная связь?
-Тайная любовная связь, - Лопухин сделал особое ударение на слове «любовная».
-Вот оно что… И вы решили об этом рассказать мне, ее мужу? То есть выдать мне с головой этот секрет моей жены? Для чего?
-То есть как это «для чего»?
-Ну да, для чего? А, вы верно хотите, чтобы я … м-м… наказал ее?
Лопухин почувствовал сильное раздражение и не смог его сдержать:
-Конечно же нет! Что за дикая мысль!
-А вот мне кажется, что вы именно этого добиваетесь. Вы хотите сделать Екатерину Петровну как можно более несчастной. И хотите, чтобы несчастье причинил ей именно я, при вашем неоценимом посредничестве.
-Послушайте! Вы говорите вздор!
-Вздор?
-Да-с, именно вздор! Я лишь хочу сказать, что люблю вашу жену и она любит меня.
-Она вас любит? – переспросил в притворном изумлении Алексей.
-Да, она меня любит, - твердо повторил Лопухин.
-И для чего вы мне это сообщаете?
-Но разве это не совершенно ясно? – вскипел Лопухин.
-Нет, не ясно… Вы что же, хотите забрать ее у меня? Вы просите для нее развода и хотите сами жениться на ней? – невозмутимо спросил Долентовский.