- Полено отлетело, - объяснил он. - Прямо в лоб. Я аж звёзды увидел.
Пока Каринэ, которая всегда таскала с собой аптечку, промывала и перевязывала ему ранку - оказавшуюся небольшой, но сильно кровившей - Василиса с Сашкой установили над костром треногу и повесили греться котелок с водой. Потом засыпали рис, выудили банку с тушёнкой и поставили около костра.
- У меня одного перед глазами темнеет? - кисло спросил Сашка.
- Паскудное место, - согласился с ним Ромка. - Всё мерещится, что рядом люди ходят.
Каринэ обняла себя за плечи. Лучше бы она сидела дома в компании нерадостных мыслей об Игоре, но не ловила бы эту потустороннюю жуть. Здесь призраков не было, но вместо них всё вокруг заливала призракоподобная субстанция, как если бы они растворились в воздухе и заполнили его равномерно - они как бы были, но в оформленном виде их не было. И эта субстанция медленно двигалась, сгущаясь вокруг ребят. К ним самим не подбиралась, а если кто-то вставал подкинуть дров или набрать воды, немного отступала, но не уходила. Каринэ сидела между Сашкой и Ромкой на расстеленном каремате и всей спиной ощущала, как растворённые призраки подбираются к ней и тянут свои невидимые руки. Она нервно оглядывалась, тьма откатывалась, но стоило ей опять развернуться к костру, тьма снова начинала подкрадываться.
Хотелось сесть так, чтобы за спиной был кто-нибудь, но к вечеру похолодало, и садиться перед Сашкой или Ромкой - это закрывать их от костра, то есть источника тепла, поэтому она терпела, нервно поглядывала назад и пыталась вообразить, что сзади стоит Игорь. Все моральные терзания уже не имели никакого значения, главное и единственное, что имело значение сейчас, - это безопасность. Рядом с Игорем было безопасно, его боялись призраки, к нему не посмеет приблизиться эта тёмная призрачная субстанция, и сиди он позади неё, можно было бы не вздрагивать от каждого прикосновения призрачных рук. Каринэ попыталась отвлечься и вообразить, что она уводит его от жены и детей, а потом он бросает её и возвращается в семью, но эти мысли казались пустыми и не вызывали сейчас никаких эмоций. С Игорем ей было бы безопасно - и это единственное, что сейчас имело значение.
Но Игорь был далеко, и поэтому она старалась смотреть только в костёр, жалась к Ромке и Сашке и усиленно воображала, что позади неё стоит Игорь.
Поели они быстро, каша получилась вкусной - ещё бы, на свежем воздухе и с голодухи. Мыть посуду Каринэ пошла с Василисой.
- Здесь какая-то чертовщина происходит, - тревожно заметила её невестка, набирая в тарелку холодной речной воды.
Невдалеке невесомо кто-то прошёл. Девушки нервно посветили туда фонариками, но там никого не было, а тёмная призрачная субстанция отхлынула, спасаясь от яркого света.
Скорее бы прошла ночь...
Глава 10. Ночь
В палатке парни легли по краям, пустив девушек в серединку. Каринэ сунула под язык таблетку глицина, но облегчения это не принесло. Стоило им забуриться в палатку, как лес ожил. И ветра не было, по крайней мере Ромка, вылезший на улицу отлить, сообщил, что царит полный штиль, но при этом вокруг всё шуршало, скрипело, вздыхало, шевелилось... Рядом постоянно кто-то ходил - кто-то лёгкий, можно было бы подумать, что это еноты шарятся по лагерю в поисках поживы, но шаги определённо были человеческими. Временами даже слышались словно бы голоса, долетали обрывки фраз. Кто-то стонал, плакал и кричал. Всё едва слышно. Прислушаешься - вроде как и ничего, расслабишься и начнёшь подрёмывать - снова голоса, стоны, крики.
- Бл***, - шёпотом выругался Сашка. - Что за гадостное место.
- Дрянь, - тихо согласился с ним Ромка. - Слушь, а здесь никаких лагерей смерти в войну или при Сталине не было? Может, это, ну, неупокоенные души невинноубиенных?
- Да нет, - подумав, отозвалась Василиса, невольно прижимаясь к мужу. - Вроде, нет. Разве только когда железную дорогу строили, может, рабочие умирали.
- Железка отсюда далеко, - возразил Сашка. - Если бы была близко, мы бы слышали поезда. А к тому же рабочие везде умирали. На той же Москва-Питер пачками мёрли. И ничего, призраками не ходят.
- "Чу! Восклицанья послышались грозные! - продекламировал Ромка. - Топот и скрежет зубов. Тень набежала на стёкла морозные... Что там? Толпа мертвецов!.."
- П***ец, ну ты вовремя со своим Некрасовым, - рассердился Сашка. - И без него тошно.
- А вдруг это не для красивого словца, а на самом деле было?
- Давайте не будем про мертвецов, - взмолилась Василиса.
Все замолчали. Вокруг палатки всё продолжало ходить, шуршать и стонать...
К полуночи Каринэ удалось задремать, плотно прижавшись к Ромке. Во сне вокруг неё продолжали ходить призраки - чёрные, с неестественно длинными руками и черепами вместо голов. Они, не замечая её, куда-то шли, шли, а за ними тянулся чёрный удушающий и мертвящий шлейф. Каринэ проснулась от того, что начала задыхаться, стянула с лица угол спальника и на ощупь вытащила из кармашка рюкзака упаковку глицина. За стенками палатки двигались едва заметные тени.
- Что у тебя? - шёпот Василисы заставил её вздрогнуть.
- Успокоительное, - ответила она, с трудом разжимая сведённые судорогой челюсти.
- Дай и мне.
Они положили таблетки под язык, рассосали. Спокойнее не стало, но Каринэ опять задремала. Теперь она обнаружила себя на железнодорожной станции Чилипси. Сразу она обрадовалась, что наконец-то вышла из того ада к людям, но присмотревшись, поняла, что и здесь всё плохо. Одноэтажное здание кассы, аккуратно побеленное в реальности, здесь сочилось грязными потёками и выглядело покосившимся. Автомотриса всё так же стояла на третьем пути, но из оранжевой стала ржавой, тоже с потёками, а на сиденье машиниста сидел скелет. Каринэ оглянулась в сторону электроподстанции, но там ровными рядами возвышались чёрные кресты. Даже не кресты - к поперечной перекладине каждого из них было прибито ещё по две планки, так что фигура стала восьмиконечной, а к центру длинными гвоздями были приколочены серые человеческие головы.