"Илона..."
Только не грусти, вспоминая нас...
Игорь, не дождавшись ответа, откладывает мобильник на пустое пассажирское сиденье, берёт руль двумя руками, смотрит на дорогу впереди, хмурится и кусает губы.
- Я не Илона.
Собственный голос прозвучал бесцветно и призрачно. Каринэ с ужасом глянула на собственные руки, ожидая увидеть вместо них чёрные кости или чёрные же жгуты тьмы, но её руки были руками. Только словно бы чуть-чуть прозрачными.
Призрак ухмыльнулся:
- Паспортом не обманешь предвечные силы...
Игорь обгоняет плетущийся впереди грузовик, снова берёт с пустого пассажирского сиденья мобильник и снова набирает номер.
Что оставит ветер - пыль на подоконнике, несколько строк...
- Я не Илона, - Каринэ смотрела, как истончаются и тают волны. - Я...
Далеко за спинами призраков, невидимый, но ясно ощущаемый, возник скелет с красивыми тёмно-каштановыми волосами.
- Каринэ...
Что оставит ветер - небо новых истин и карты дорог...
Скелет с красивыми волосами попытался прорваться к ней, но призраки не пустили, и тогда он схватил палку и с силой швырнул её в Каринэ.
Пару фотографий, где на них смеются костры наших глаз...
Только не грусти, вспоминая нас...
Ногу обожгло болью. Каринэ схватилась за неё, призрак с ритуальным ножом растаял. Растаяли и остальные, а по телу прошёлся сильный прохладный ветер.
Где-то далеко золотом горят наши города...
И дорог каждый жест, каждый день и час...
Каринэ резко села, хватая ртом воздух. Сердце заходилось, левая нога ниже колена саднила, ветер трепал футболку и волосы. И было темно. Каринэ взглянула на небо - оно было затянуто тяжёлыми чёрными тучами. Вдалеке сверкали молнии и слышались раскаты грома.
И снова над землёй стаей белых птиц полетят года...
Ты просто иногда вспоминай о нас...
Каринэ вытащила ногу из-под толстой ветки дерева, упавшей на неё и разодравшей кожу на голени. Перевела дыхание и только сейчас сообразила, что в её рюкзачке надрывается мобильник.
Только не грусти, вспоминая нас...
Непослушными пальцами она расстегнула кармашек, достала телефон и глянула на дисплей.
Впрочем, можно было не смотреть. Эта мелодия стояла у неё только на одного человека - Игоря.
- Да, Игорь...
Губы шевелились с некоторым трудом, голова тоже ещё плохо соображала, что происходит и что надо делать.
Игорь ответил через пару секунд. Каринэ отчётливо услышала в трубке его выдох.
- Каринэ, - голос прозвучал напряжённо, однако с облегчением. - Что случилось?
- Ничего...
- Вы в поход пошли?
- Нет...
- Каринэ, - Игорь произнёс это едва ли не спокойно. - Задействовалась защита. Причём сильно. Так случалось, только когда вы ходили в поход.
Каринэ прислушалась к себе. От волн оставались только ошмётки.
- Нет, мы не в походе...
- Каринэ, с тобой всё в порядке?
Чёрт, гроза! - до Каринэ только сейчас это дошло. А она посреди леса. И до Агуй-Шапсуга километров семь, если не все десять.
- Да... Игорь, я тебя потом наберу.
Она отбила звонок, сунула телефон в кармашек рюкзака и ещё несколько заторможено принялась обуваться. Ясность мыслей постепенно возвращалась. Каринэ закинула за плечи рюкзачок, быстро сползла по скалам вниз, продралась через кусты, выбралась к Агою и припустила галечным берегом вниз по течению. Лес качался под сильным ветром, по воздуху летели листья и мелкие ветки, было темно, начал моросить дождь, в небе были видны зигзаги молний, громыхало уже ближе. Однако, как показалось Каринэ, грозовой фронт шёл не прямо на неё, а немного стороной, по крайней мере, пока, и это давало ей шанс добежать до Агуй-Шапсуга не под самой непогодой.
Несколько раз она упала, разбила колено и расцарапала руку. Два раза она слышала из рюкзачка звонок Игоря, но снимать не стала - бежать по неровному берегу под всё усиливающимся дождём и одновременно пытаться говорить по телефону было совсем неудобно. А к тому же было страшно потратить несколько минут на разговор, а потом бежать по воде, когда молнии бьют над самой головой.
Дождь усиливался, гроза приближалась, и когда за деревьями показались первые крыши Агуй-Шапсуга, молнии сверкали уже прямо над головой. До автобусной остановки Каринэ домчалась из последних сил, расплёскивая лужи, уже под проливным ливнем и под грозу над самой головой. В правом боку кололо, дыхания не хватало, зубы ныли, расцарапанная кожа саднила. Хватая ртом воздух, Каринэ влетела под крышу остановки, повалилась на серую деревянную скамейку, немного перевела дыхание, посмотрела на часы, а потом на расписание.
Автобус на Туапсе ушёл десять минут назад. А до следующего - полтора часа.
Каринэ прислонилась затылком к серой жестяной стенке и закрыла глаза. Тело гудело, а на пределе ощущений чувствовался призрак. Всего один - но тот самый, который держал в руке ритуальный нож.
С тех пор, как они нашли сатанинскую зону, кошмары стали более подробными, чёткими и полными. Почти реалистичными и по-настоящему опасными. Словно бы раньше призраки не знали, где она, или могли попасть к ней только случайно, то теперь они нашли её. Почувствовали, проследили - и теперь не оставят.
Рано или поздно - дотянутся. Теперь вопрос только в том, кто кого опередит: они её, или она их.
Что оставит ветер - пыль на подоконнике, несколько строк...