- Все это связано. Пока не знаю как, но все это – висельник, детская площадка, тела в лесу. Сделай запрос на объединение всех материалов в одно дело. Нам нужен большой зал, где поместятся все вещественные доказательства.
- Хорошо, я завтра выдам указания. Завтра суббота, итак весь штаб будет на месте, сейчас отрывать их от исследования детской площадки не имеет смысла, - ответила Тейлор.
Николас молча запустил запись с камеры видеонаблюдения, расположенной у детской площадке. Действительно, судя по кадрам, в момент происшествия дети и несколько родителей собрались вокруг небольшого пластикового стола. На всех детях – колпачки, а в руках они держат воздушные шарики. У кого-то из детей сегодня был день рождения. Вот в кадре появляется ребенок лет пятнадцати, катающийся на велосипеде. Секунду спустя велосипедиста, а следом за ним – и праздничный стол сносит автомобиль, показывающийся в кадре. Люди разлетаются как пластиковые игрушки на ветру. Явно видно оторванные конечности. Машина останавливается о стенку школы, подпрыгнув всей своей массой.
Кто-то из жертв пытается пошевелиться, встать, и падает обратно на землю. Начинают подбегать первые зеваки. Кто-то пытается оказать помощь пострадавшим, но все бесполезно – никто не выжил.
Запись с другой видеокамеры, установленной на площадке, и смотрящей в сторону дороги, показывает как автомобиль направляется к площадке, затем, заметив все того же велосипедиста, резко набирает скорость и сворачивает в сторону детей.
Николас отключил запись.
- Создается впечатление, что его спровоцировал ребенок на велосипеде, - говорит Тейлор.
- Слишком невероятно, - отвечает Николас. – Если бы предрешенной жертвой был именно велосипедист, он мог бы найти себе жертву раньше. Необходимо вычислить, откуда именно прибыл автомобиль.
- Я уже сформировала запрос. Ждем ответа от камер видеонаблюдения.
В салоне автомобиля повисла тишина. До пункта назначения оставалось не больше десяти минут. Подал голос терминал, информируя о выполненной задаче.
- Система отследила начальную точку движения автомобиля, а также всю информацию о владельцах, - произнесла Тейлор. Николас смотрел в темное окно, за которым шел дождь.
- Сбрось географическую метку в департамент. Надо, чтобы оперативная группа проверила адрес. Может быть, мы сможем там что-то найти. Завтра надо продолжать работу по делу. Начнем с брифинга, собери управление часам к двенадцати утра, - сказал Николас.
- Хорошо, все будет сделано.
- Сбор в большом конференц-зале. Будет хорошо, если будут судмедэксперты, и смогут что-то рассказать по найденным телам. Времени им утром должно хватить, чтобы подготовить небольшой доклад. Если будет анализ взрывчатки из машины – тоже будет хорошо. И подготовь утром информацию по нелегальным сектам, которые есть на планете. Не думаю, что дело связано с ними, но лишней нам эта информация не будет.
Автомобиль подрулил к дому Николаса.
- Иди, отдыхай. Завтра утром я за тобой заеду, - сказала Тейлор, повернувшись к напарнику.
- Хорошо. До завтра.
Николас вылез из автомобиля, и неуверенной походкой направился к дому. Охранная система опознала хозяина, отключила системы безопасности, и разблокировала входную дверь. В коридоре автоматически зажегся свет.
Следователь прошел в ванную комнату, снял грязные вещи и засунул в стиральную машину. Через полчаса одежда будет постирана и высушена.
Сам Николас забрался в душевую кабинку, и подкрутил температуру душа. Вода заструилась по лицу, смывая впечатления сегодняшнего дня. Слишком много событий для одного дня – самоубийца ранним утром, расчлененные тела в лесу днем, кровавое происшествие на детской площадке и взрыв бомбы под вечер вслед. На дела планетарной мафии не похоже – да и не осталось почти группировок, которые действовали бы подобным образом ни на одной из планет Конфедерации. Все знают, что система правопорядка – самый могущественный и самый сильный из органов власти на всех планетах. Проще незаметно вести свои дела, чем хоть раз попасть под надзор департамента.
Ощущение, что все события были взаимосвязаны, не покидало Николаса. Однако, объективно между ними не обнаруживалось никакой связи – сошедший с ума самоубийца, некий маньяк, устраивавший операции в лесу, и еще один террорист-смертник, устроивший трагедию на детской площадке. Три разных дела, со своей доказательной базой.
Потоки воздуха приятно холодили тело, испаряя влагу, оставшуюся после душа. Николас несколько раз пятерней прочесал непослушные волосы, и отправился спать. Гудящая после сегодняшних событий голова требовала немедленного отдыха. Едва голова следователя коснулась спасительной подушки, он сразу же провалился в глубокий сон. Система управления домом погасила свет во всех комнатах, и запустила климат-контроль, обеспечивая вентиляцию свежего воздуха в спальной комнате.
…Казалось, прошло всего несколько минут, прежде чем из сладких объятий сна опять вырвал телефонный звонок. Трубка настойчиво вибрировала на прикроватной тумбе, сопровождая свои передвижения звуками судного дня. Секундой позже Николас услышал звуки стука в дверь. На часах было начало шестого утра, за окном стояла темень. Голова продолжала болеть, напоминая события предыдущего дня, а ухо по-прежнему слышало чуть хуже.
- А… Алло, - Николас подхватил телефон, готовый в очередной раз спрыгнуть на ковер.
- Открой мне дверь, - Тейлор прекратила стучать.
Наскоро одевшись, Николас спустился на первый этаж, и встретил коллегу. Казалось, Тейлор даже не спала этой ночью. По крайней мере, об этом говорила синева вокруг глаз.
- Что случилось?
- Поехали в управление, у нас пожар в детском доме, куда отправили детей мистера Харрисона.
========== Глава 4 ==========
- Да ладно, здесь камеры никогда не работали! А если они и пашут, никто не обращает внимания на них, - нас четверо, мы пробираемся на чердак нашего университетского общежития. Сегодня пятница, прошел учебный день, мы сдали наш первый экзамен – по высшей математике. На улице конец декабря, стоит замечательная погода, которая лишь изредка портится недолгими дождями.
Это наш первый курс, а вместе со мной – мои одногруппники, троица тех, кто сдал экзамен на высший балл. Как и все приличные студенты, мы незамедлительно решили отпраздновать подобное посвящение в студенческую жизнь.
С собой на чердак в рюкзаках мы проносили по две банки пива на человека. Посовещавшись ранее, убедились, что из нас еще никто ни разу по-настоящему не пил, поэтому взяли всего ничего. Для пробы.
- А если все-таки увидят? Нас ведь исключат, - заканючил один из нас.
- Из космического университета не исключают тех, кто сдает математику на высший балл, хоть что он сделает, - отвечаю я.
Да, мы учимся в Гагарин Стэйт Юниверсити, одном из самых престижных учебных заведений мира. Я – на оператора космических беспилотных аппаратов, Вивьен – на инженера бортовых систем радиосвязи. За последние пару лет объединенная космическая программа сделала большой рывок, миру требуются специалисты, способные продвигать космический прогресс «за грань разумного», как выражаются наши преподаватели.
Несмотря на то, что Гагарин Стэйт Юниверсити был одним из самых продвинутых учебных заведений, как и большинство высокотехнологичных компаний, он был рьяным хранителем того немногого, что осталось от чистой атмосферы планеты. Все учебные корпуса – деревянные строения в пять-шесть этажей, а общежития – три этажа студенческих комнат да чердак, куда мы и пробрались.
Чердак, чистое, сухое и ухоженное помещение, на самом деле был не таким уж и заброшенным – здесь часто негласно собирались компании студентов для совместного времяпрепровождения. Однако студенты старших курсов, в целях недопущения сюда младших, часто распускали слухи о том, что камеры, которые расположены на лестничных клетках, работают и снимают каждого, кто сюда заходит. Само собой, другая половина студенческого сообщества нарочно распускала слухи, что камеры наоборот, не работали никогда и являются только объектом устрашения желающих попасть на чердак. Какому из этих слухов стоит верить – доподлинно не знал уже никто. С одной стороны, рьяных нарушителей спокойствия чердака все же исключали из университета, с другой стороны – менее активных посетителей никто не трогал.