Так все сходится – если дети стояли вокруг стола, могли и не заметить приближающуюся на огромной скорости машину. К тому же, это объясняет количество жертв, с участием всего одной машины.
- Тейлор, достань нам записи с камер видеонаблюдения.
Мимо прошли работники судебно-медицинского бюро, и принялись аккуратно собирать и сортировать оторванные части тела. Николас оправился следом. Раздался скрип металла, и звук падения - спасатели закончили вскрывать автомобиль, отделив то, что осталось от водительской двери.
В салоне машины не было ничего необычного. Задние сиденья были пустыми, спереди сидел только сам водитель. Николас достал пару перчаток, и надел их. Перед ним в отработавшую подушку безопасности упиралось тело водителя, повисшее на ремне безопасности. Вместо головы по подушке начиналась кровавая масса, а неестественное положение тела намекало на перелом позвоночника.
- Позвольте, - попросил один из экспертов, и сделал несколько снимков внутри машины, завершив фотографией водителя.
- Да, конечно.
После того, как судмедэксперт удалился, Николас прощупал карманы куртки, в которой был водитель, осмотрел переднее сидение, и открыл бардачок. Везде было пусто.
- Записи с камер наблюдения переданы на наши сервера, - сказала подошедшая Тейлор.
- Необходимо выяснить, откуда он сюда приехал.
Изогнувшись, Николас открыл багажник автомобиля. Раздался скрежет, и покалеченное авто явило миру содержимое багажника. Осторожно ступая, как будто стараясь не потревожить землю, залитую кровью, коллеги подошли к задней части машины.
Внутри почти ничего не было – небольшая сумка, да клочок бумаги. Николас взял записку в руки.
- Что там? – спросила Тейлор.
- «Пламя да очистит вас».
Николас потянулся к сумке. Обычная, черная, спортивная, на одно отделение, с замком-молнией. Никаких боковых карманов. Открыл ее.
Сумка явила свой груз – провода, одинаковые черные цилиндры и небольшой экран по центру. Следователи пригляделись, боясь поверить тому, что они увидели. На экране шел обратный отсчет. Оставалось чуть больше двадцати секунд.
- Срочно покинуть место преступления! Общая эвакуация! – закричал Николас во всю мощь своих легких.
Следователь захлопнул крышку багажника, и следом за напарницей побежал за стену школы. Земля, залитая детской кровью, сыграла свою роль – поскользнувшись, Николас распластался на земле. Попытался подняться, и опять упал в грязь. Колени и живот были испачканы кровью. Продолжая внутренний отсчет, и отчаянно понимая, насколько он не успевает, следователь побежал прочь от машины на четвереньках, и на менее скользком участке встал на ноги. В этот момент прогремел взрыв.
***
Сознание пришло резко. Мутный взгляд выхватывал из темноты сигнальные маячки пожарной машины, подрулившей как можно ближе. Пожарники уже разматывали рукава гидрантов, чтобы потушить горящую машину.
В нему приближалась смутная тень, материализовавшаяся в Тейлор, а за ней пытался поспеть отдышливый шериф. Она практически упала на колени рядом, но успела вовремя остановиться и не падать в грязь.
Голова гудела, правое ухо слышало явно хуже левого. Так, руки шевелятся. Николас оперся на руки и попробовал приподняться. Тело болело, однако ничего не сломано, да и ран вроде нет. Поднявшись, присел на колени. Голова начала кружиться. Должно быть, из-за акустического удара от взрыва.
- Врача! – крикнула Тейлор за спину. – Ты как? Живой?
- Как видишь, еще немного поживу, - Николас попытался улыбнуться.
- Мы могли бы и не узнать, что в машине находится бомба. И тогда бы все здесь остались, - выдавил из себя шериф.
- Тебя чудом не задело частями машины. Хорошо, что все успели отбежать на достаточное расстояние. Ну, почти все, - поправилась Тейлор, заметив насмешливый взгляд Николаса.
- От места преступления хоть что-то осталось? – спросил он, делая попытку подняться на ноги.
К ним подбежал санитар, с неизменным белым чемоданом с красным крестом.
- Сэр, как вы себя чувствуете? Головокружение? Острая боль?
- Да нормально я себя чувствую, - сказал Николас, выпрямляясь. Правая нога отказалась удерживать вес, и от падения обратно в грязь Николаса удержали санитар и шериф.
- Так, отведите его в машину, сделайте там всякие свои анализы. А то еще откинет сейчас ласты, а я одна потом раскрывай весь этот бедлам, - приказала Тейлор санитару.
- Да нормально я себя чувствую! – попробовал запротестовать Николас.
- Иди, лечись!
Тейлор отвернулась от напарника, и подошла поближе к машине. Пожарные уже почти погасили пламя, и теперь на детской площадке добавился слой из белой пены. От машины остался обугленный остов – все, что могло от него оторваться – оторвалось в момент взрыва. Территория вокруг была усеяна небольшими фрагментами корпуса. Фрагменты побольше долетели до служебных машин. Какая-то особенно длинная и острая деталь нагло торчала в лобовом стекле служебной машины Тейлор.
Начал накапывать вечерний дождь. Шансов разобраться в том, что и как произошло на детской площадке, оставалось все меньше. Как и возможностей собрать фрагменты тел всех пострадавших. Под тяжелыми каплями приминались остатки праздничных колпачков, кусочки упаковочной ленты. Погода разделяла людскую скорбь.
- Шериф, обеспечьте оцепление места преступления. Никто не должен сюда заходить. Выставите круглосуточное патрулирование. Судмедэкспертам – начать разбор места преступления как только подвезут дополнительное освещение. Здесь все необходимо очистить как можно быстрее.
- Да, мэм, - отрапортовал шериф.
Тейлор отправилась к карете скорой помощи. Николас, обернутый в плед, сидел в машине, прислоняя к лицу маску с кислородом. Вокруг него носился врач вместе с санитаром. Следователь неуверенно отгонял их рукой.
- Как он? – спросила Тейлор у врача.
- Несколько ушибов, акустическая контузия, ничего страшного. Ночь крепко поспит, и очухается. Но мы ему на всякий случай общий витаминный коктейль вкололи, - ответил врач.
- Отлично. Эй, Николас, давай я тебя домой отвезу.
- Я сам в состоянии доехать, - буркнул следователь, не снимая кислородной маски.
- Не совсем.
- Да ладно тебе, голова уже почти не кружится, а поеду я все равно на автопилоте.
- Не поедешь. Видишь ли, моя машина несколько пострадала после взрыва, поэтому один ты отсюда не поедешь, - ответила Тейлор, предполагая реакцию коллеги.
- Как пострадала?
- Вдребезги. Поехали. Отвезу тебя, и мне же надо как-то добраться до дома, верно? Машину верну завтра, - Тейлор слегка улыбнулась, и подмигнула коллеге.
- А что с местом преступления?
- Я уже выдала все необходимые инструкции.
В автомобиле Николас подключился к серверу департамента, и запросил записи видеокамер с детской площадки. Автомобиль мчался по дорогам, самостоятельно определяя оптимальный маршрут, и Тейлор с Николасом, сидя на передних местах, могли изучить появившиеся новые материалы дела.
- Подожди. Расскажи мне точнее, что там нашлось в лесу? – спросила Тейлор. – Как и что вы там нашли?
- После твоего запроса спутники выдали информацию практически сразу. Я отправился на место с оперативной группой. Все находилось в непроходимом лесу на северо-запад от города. Нашли четыре расчлененных тела. Все части отделены одинаково, как по инструкции. Руки, ноги, лодыжки, ступни – все аккуратно отделено и разложено, можно сказать, комплектами. У всех отсутствует маячок, уничтожен внутри тела, без извлечения. Кем являются остальные три жертвы – мы пока не знаем, уйдет какое-то время, чтобы восстановить из биоключи. Тела перевезены в наш морг, - ответил Николас, почесав переносицу.
- И никаких зацепок?
- Ни единой. Вокруг – никаких инструментов, столов, ничего. Но операцию проводили там, на месте – засохшая кровь на земле есть. Если, конечно, не считать зацепкой записку нашего висельника.
- Но она же не подходит, верно? В записке фигурирует некая Вивьен – такие имена не в ходу уже много лет. Да и жену его зовут совсем по-другому, – размышляла Тейлор.