— Доброе утро, Джуди!
— Доброе утро, — всхлипывая от боли, произнесла девочка очень тоненьким голосом. — Это вы будете... меня... резать?
— Резать – это слишком грубо сказано, но ты права, — спокойно ответила я, чуть улыбнувшись. — Как ты себя чувствуешь?
— Мне очень... больно и я очень... боюсь операции! — почти рыдая, сказала Джуди, — Говорят, что на операциях... некоторые умирают...
— Не переживай. Эта операция длится всего двадцать минут, — пояснила я. — Если хочешь, я могу попросить докторов поставить тебе наркоз, при котором ты ничего не будешь чувствовать, но останешься в сознании, или такой, что, когда ты очнешься, то даже не вспомнишь об этой операции.
— А так можно? Я хочу быть в сознании! — с энтузиазмом в голосе воскликнула девочка.
— А почему нет? Только мне нужно разрешение твоей мамы...
— Мам? – Девочка вопросительно посмотрела на свою мать.
— Мне нужно сначала поговорить с доктором, — ответила миссис Смит, жестом приглашая меня выйти в коридор.
— Так о чем вы хотели поговорить? — спросила я, когда дверь палаты закрылась.
— Извините меня за такой вопрос, но у вас в больнице нет более опытного врача?
— А можно узнать, чем вас не устраиваю я?
— Вы кажетесь мне слишком молодой, а я просила лучшего хирурга больницы...
— Знаете, порой, чем моложе врач, тем меньше ошибок он совершает. И, к сожалению, на данный момент я являюсь единственным свободным хирургом. Если вас не устраиваю я, как главный хирург этой больницы и одна из лучших хирургов страны, в таком случае, вам необходимо забирать свою дочь и ехать в другую больницу, пока не начался перитонит***. Все, что я могу сделать – дать вам на подпись бумаги на отказ от медицинских услуг или же, все-таки, начать готовиться к операции, — разозлившись, из-за подобного отношения матери к собственной дочери, сказала я, едва не срываясь на крик. Мне хотелось добавить, что вместе с бумагами на отказ я могу еще дать номер дежурного морга, но вовремя одумалась. Все, что меня останавливало от этого – правила общения с пациентами.
— А вы, действительно, лучший хирург в стране? – немного недоверчиво поинтересовалась она.
— Да. Вы читаете итоги года в газетах? Моё имя последние три года вносили в списки лучших врачей страны.
— А какую самую сложную операцию вы когда-либо проводили, можно узнать?
— Даже не знаю, про какую из них вам рассказать... Учитывая, что моя основная специализация – нейрохирургия, то, пожалуй, удаление поврежденных участков головного мозга. Ну и пересадка костного мозга, — слегка безразличным тоном произнесла я.
— Ничего себе! — удивленно воскликнула пораженная миссис Смит. — А почему тогда вы взялись за аппендицит?
— Потому что мой основной профиль сейчас практически не востребован. Вот и приходиться заниматься общей хирургией, — пожав плечами, ответила я. — К тому же на правах ведущего врача больницы, я обязана уметь оперировать едва ли не все.
— Понятно. А наркоз, про который вы говорили, действительно, позволит ей ничего не чувствовать и быть в сознании?
— Да, все верно, — кивнула я.
— Где я должна подписать?
* * *
Закончив с обходом и отправив на выписку шесть пациентов, я отправилась предупредить анестезиологов на счёт Джуди Смит. После чего настало время готовиться к операции.
Войдя в третью операционную, я увидела, что Джуди в сознании и, проведя пару экспериментов, чтобы убедиться, что наркоз действует, спросила:
— Боишься? Если хочешь, можем поговорить.
— А вас это не отвлечет?
— Нет... Какой твой любимый фильм? — спросила я, одновременно отдавая команду ассистенту, — Скальпель, — глаза девочки на мгновение вылезли из орбит при этом слове.
— «З-з-олушка» ... А ваш?
— «Пираты Карибского моря», — не думая ни минуты ответила, делая надрез.
— Мне он тоже нравится...
— Ты сейчас что-нибудь чувствуешь? — задала вопрос, чтобы убедиться, что сейчас Джуди не переживает насчёт операции.
— Нет. Ничего, — ответила она, пока я продолжала манипуляции.
— А какая твоя любимая книга? — я обратилась к девочке, при этом отдавая команды ассистентам.
— «Гарри Поттер».
— Забавно, моя тоже! Ты все части читала? — сказала я, в надежде отвлечь её от происходящего с другой стороны ширмы, отделяющей её голову от остального тела.