Мы молча стояли напротив друг друга, разглядывая белый ковёр снега под ногами, и никто из нас почему-то не решался уйти. Стало холоднее, и я поёжилась, обхватив себя руками.
— Холодно? Может, пройдёмся? — Аки нарушил тишину.
Услышать и это предложение, и какие-то проблески заботы от Хаякавы казалось действительно неожиданным, но сейчас это не имело никакого значения: мне ужасно не хотелось оставаться в этом мрачном, неуютном месте ни секунды дольше, и я живо согласилась. Сильные порывы ветра раздули снеговые тучи, и метель наконец-то утихла, только редкие снежинки периодически падали на голову. Мы шли всё в том же молчании, но оно не казалось неловким или некомфортным. Наоборот, возникло чувство, что мне давно не хватало такой спокойной тишины, которая казалась отдыхом, спасением после пережитых событий. Мы вышли на морской берег и остановились, не доходя до воды. Холодный ветер прибивал к песку мутные пенистые невысокие волны, окрасившиеся от плохой погоды в сине-серый оттенок. Я скосила глаза на Аки: он впил пристальный взгляд в низкое небо, задумался о чём-то своём. Не стоило отвлекать его от мыслей, лишний раз напоминая о смерти Химено, только вот очень хотелось его поддержать, сказать пару утешающих слов, — правда, что тут скажешь? «Не волнуйся», «всё будет хорошо» — обычная бесчувственная формальность, потому что все понимают: не будет. Хорошо уже не будет.
— Выйдешь завтра на работу? — всё, что я смогла произнести, хотя, казалось, могла сказать так много…
Говорить было не о чем, да и сами слова были неуместны. Но тяготящее чувство одиночества съедало нас обоих, поэтому никто не хотел уходить. За эти минуты я осознала, насколько сама всегда была одинока — сейчас же я не могла позволить себе поверить в обратное.
Аки моргнул и перевёл взгляд на воду.
— Вышел бы, но не могу. Осталось ещё два дня от больничного, — он устало закрыл глаза. — Придётся отсидеть их дома.
Снова замолчали. Природа, выплеснув свои эмоции в сильном снегопаде, замолчала вместе с нами, и теперь был слышен только шёпот прибрежных волн, успокаивающий, вводящий в приятное завораживающее оцепенение.
***
— Синохара, спасибо.
От неожиданности я вздрогнула, очнувшись, и остановила недоумевающий взгляд на Хаякаве.
— За что?
— За то, что составила компанию, — он слегка поклонился в знак благодарности.
— Но мы же просто молчали всё время…
На его лице промелькнула едва заметная улыбка — не радостная, нет, — печальная и горькая, но сейчас, в этот самый момент, радости и не требовалось.
— Иногда молчание звучит гораздо громче пустых, бесполезных слов, — голос Аки совсем затих, до шёпота, который улавливали только мы вдвоём. — Просто надо уметь слышать.
Разум слегка помутнел. Я посмотрела в его влажные синие глаза, в которых отражалось моё собственное лицо.
«И правда, слова были не нужны».
— Береги себя.
Он кивнул — «хорошо, постараюсь» — и вдоль берега побрёл прочь, сунув руки в карманы пальто. Я осталась стоять у воды, разделяя мысли с морем, перетекающем на горизонте всё в то же низкое, бесконечное небо.
И это была моя маленькая победа.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов