Голова у девушки, вся в шрамах и струпьях, была обрита почти наголо. Причем волосы как будто не сбрили, а соскоблили тупым предметом. Осталось лишь несколько прядей коротких волос за ушами и на макушке.
Она хромала, потому что на правой ноге у нее не хватало двух пальцев.
Слюнявчик, засохшая кровь у нее на груди, этот мех из гудящих мух — врачи в отделении экстренной помощи счистили его спиртом и обнаружили, что у нее на груди играли в крестики нолики, причем и ходы, и поле вырезали ножом. Выиграл тот, кто ставил крестики.
Когда ей очистили руки, оказалось, что на обеих руках не хватает мизинцев. На всех остальных пальцах были вырваны ногти: вырваны с мясом, так что кончики пальцев распухли и стали багровыми.
Ее кожа под коркой засохшей крови была синюшно-белого. цвета. Лицо так исхудало, что на нем остались одни костяные наросты: нос, подбородок и скулы. Глаза и щеки запали, кожа на висках как будто провисла глубокими вмятинами.
За белыми занавесками в палате экстренной помощи миссис Кларк перегнулась через хромированные поручни на кровати дочери и сказала:
— Моя девочка, моя хорошая… кто это сделал? Кассандра рассмеялась и посмотрела на иголки капельниц, вколотые ей в руки, на прозрачные трубки, по которым ей в вены вливались лекарства. Она сказала:
— Врачи.
Нет, уточнила миссис Кларк, кто отрезал ей пальцы?
И Кассандра посмотрела на мать и сказала:
— Думаешь, я бы позволила это сделать кому-то еще? — Она перестала смеяться и сказала: — Я сделала это сама. — И больше Кассандра уже не смеялась. С тех пор — ни разу.
Полиция нашла улики, сказала миссис Кларк. Стенки влагалища Кассандры были утыканы деревянными щепками, тонкими, как иголки. Такие же щепки были и в заднем проходе. Судебные медики достали осколки стекла из порезов у нее на груди и руках. Миссис Кларк сказала своей дочке, что молчание — это не лучший вариант.
Полиции нужно знать все подробности, которые она сможет вспомнить.
В полиции сказали, что тот, кто это сделал, непременно похитит следующую жертву. И если Кассандра не сможет справиться со своим страхом и не поможет им в этом расследовании, ее обидчика никогда не найдут.
В окно лился солнечный свет, Кассандра сидела в кровати, опираясь спиной о подушки, и наблюдала за птицами, парившими в голубом небе.
Ее пальцы и грудь были обмотаны белыми бинтами. Рука, державшая карандаш, двигалась лишь для того, чтобы зарисовать птиц, паривших в небе. Альбом лежал у нее на коленях.
Миссис Кларк сказала:
— Кассандра, солнышко? Надо рассказать полиции все.
Если это поможет, в больницу может прийти гипнотизер. Следователь принесет анатомически детализированных кукол для наглядной беседы.
Кассандра по-прежнему наблюдала за птицами. И зарисовывала их в альбоме.
Миссис Кларк сказала:
— Кассандра? — и прикоснулась к перебинтованной руке-дочери.
И Кассандра взглянула на мать и сказала:
— Этого больше не повторится. — Снова глядя на птиц, Кассандра сказала: — По крайней мере, со мной… Она сказала:
— Я была жертвой себя самой.
Снаружи, на автостоянке, телевизионщики готовились к спутниковой трансляции; на крыше каждого микроавтобуса стояла «тарелка». Ждали только сигнала от ведущего в студии. Корреспонденты «с места событий» вертели в руках микрофоны и совали в уши наушники обратной связи.
В течение трех месяцев в городе, где они жили, все было оклеено объявлениями «Пропала девочка». Там была фотография Кассандры Кларк в форме капитана команды болельщиц. На фотографии она улыбалась и трясла светлыми волосами. В течение трех месяцев полиция допрашивала детей из ее школы. Детективы опрашивали людей, работавших на автобусной станции, на вокзале, в аэропорту. По местному телевидению и по радио передавали сообщения с перечислением примет пропавшей: вес 110 фунтов, рост пять футов шесть дюймов, зеленые глаза, светлые волосы до плеч.
Собаки-ищейки обнюхали ее юбку для выступлений в команде болельщиц и взяли след, который привел их к скамейке на автобусной остановке.
Сотрудники службы спасения на катерах провели все озера, пруды и реки вокруг города, на расстоянии дня езды.
Ясновидящие и гадалки звонили и сообщали, что девочка жива и здорова. Она сбежала с возлюбленным и вышла замуж. Или ее убили, и закопали тело. Или ее продали в белое рабство, и тайком увезли из страны — в гарем какого-то там нефтяного магната. Или она поменяла пол, и скоро вернется домой, только мальчиком. Или ее держат взаперти, в каком-то дворце или замке, вместе с другими людьми, которых она раньше не знала и которые все калечат себя. Эта последняя ясновидящая написала пять слов на листочке бумаге и послала листок миссис Кларк. Там было написано корявым почерком, дрожащей рукой: