— Сегодня день будет такой, какой я скажу…
Она говорит миссис Кларк:
— А теперь покажи, где включать этот чертов свет.
И Недостающее Звено ставит ее на пол
Кларк и Сестра Виджиланте на ощупь пробираются в темноте, держась за сырые стены, к мутному серому свету призрачьего огонька на сцене.
Мистер Уиттиер, наш новый призрак. Даже у Святого Без-Кишок урчит в животе. Некоторые женщины, говорит Мисс Америка, пьют уксус, чтобы уменьшить желудок. А голодные боли — это действительно очень больно.
— Расскажите мне что-нибудь, — говорит Мать-Природа. Она зажгла ароматическую свечу, яблоко с корицей, со следами зубов на воске. — Кто-нибудь, — говорит она. — Расскажите мне такую историю, чтобы мне уже никогда не хотелось есть…
Директриса Отказ говорит, прижимая к груди своего кота:
— История, может быть, и отобьет аппетит у тебя, но Кора-то все равно голодный.
И Мисс Америка говорит:
— Скажи своему коту, что еще через пару дней он и сам перейдет в категорию еды. — Ее ярко-розовый спортивный купальник уже смотрится чуточку великоватым.
И Святой Без-Кишок говорит:
— Пожалуйста. Кто-нибудь. Отвлеките меня, пожалуйста, чтобы я не думал про свой желудок. — У него совсем другой голос, суховатый и мягкий. В первый раз он говорит не с набитым ртом.
Вонь — густая и плотная, как туман. Никто не хочет дышать таким воздухом.
И направляясь к сцене, к пятну света вокруг призрачьего огонька, Герцог Вандальский говорит:
— До того, как я продал первую картину… — Он оглядывается, чтобы убедиться, что мы идем следом, и говорит: — Я был антиподом вора, который специализируется на предметах искусства.
А солнце уже начинает вставать — постепенно, от комнаты к комнате.
И мы все делаем мысленную заметку: Я был антиподом вора, который специализируется на предметах искусства.
По найму
— Микеланджело не называют ватиканской продажной девкой, — говорит Герцог Вандальский, — За то, что он умолял папу Юлия дать ему работу.
Герцог на сцене: небритый, блеклая щетина — как будто наждачка.
Челюсть жерновом ходит по кругу, месит и перемалывает комок никотиновой жвачки.
Серый свитер и холщовые брюки усыпаны засохшим изюмом краски: красной, бордовой, желтой, синей, зеленой, коричневой, черной и белой.
Волосы на затылке взъерошены — моток спутанной медной проволоки, потускневшей от масла и припудренной липкими чешуйками перхоти.
На сцене вместо луча прожектора — фрагменты слайд-шоу:
Вереница портретов и аллегорий, пейзажей и натюрмортов.
На лице, на груди, на сандалиях, надетых на босу ногу, как на стене галереи.
Творения старых мастеров.
Герцог Вандальский говорит:
— Моцарта не называют корпоративной шлюхой.
За то, что тот служил у архиепископа Зальцбургского.
А потом написал «Волшебную флейту» и
«EineKleineNachtmusik» -
«Маленькую ночную серенаду» — за скромные вознаграждения, проистекшие из денежного мешка шелковой империи Джузеппе Бриди.
Леонардо да Винчи не называют ренегатом искусства, или продажной дешевкой, за то, что в обмен за свою работу он не брезговал золотом папы Льва Х и Лоренцо Медичи.
— Нет, — говорит Герцог Вандальский. — Мы любуемся «Тайной Вечерей» и «Моной Лизой», не думая, кто оплатил заказ.
Он говорит: имеет значение только то, какое наследие оставил творец, что он сделал.
А не то, где он брал деньги на жизнь.
Честолюбивые замыслы
Один судья назвал это «злоумышленное причиненным вредом». Другой — «умышленной порчей общественного имущества».
В Нью-Йорке, когда его поймали в Музее современного искусства, судья низвел его дело до оскорбительного «и не надо мусорить в общественном месте». После Музея Гетти в Лос-Анджелесе, Терри Флетчера осудили за граффити.
В Гетти, в музее Фрика, в Национальной галерее — Терри везде делал одно и то же. Просто люди никак не могли прийти к общему мнению, как это назвать.
Никого из названных выше судей не следует путать с достопочтенным Лестером Дж.Майерсомиз Лос-Анджелесского окружного суда, коллекционером предметов искусства и человеком, приятным во всех отношениях. Художественный критик — это ни в коем случае не Таннити Бревстер, писатель и знаток всего, связанного с культурой. И успокойтесь: галерейщик — это не Деннис Бредшоу, владелец печально известной галереи «Пелл-Мелл», где людям стреляют в спину. Время от времени. Исключительно по совпадению.