— Эм, ну, это... Как это тебе объяснить-то? Я давно уже хотел сказать, да вот…
«Не припомню я его таким обеспокоенным, — задумалась Тина. — И мне кажется, или как будто у него глаза стали серьёзнее? Взрослее, что ли? Где эта твоя беспечность, Тима?»
— Ну не томи же, говори!
Тимофей собрался и ответил прямо:
— Так, ладно. Я признаюсь тебе. Я полутень, Крис. Нет-нет-нет, так оно и было, раз на нас с Марком наложили это заклятие! Но я имею в виду именно это. Я — полутень. Настоящая.
Сердце Тины как будто ушло в пятки, когда от её груди до ног прокатился адреналин. Этого ещё не хватало. Она не заметила, как с силой закусила без того искусанную губу. Какой бес его попутал пробудить в себе запрятанную глубоко в душе энергию?
— Зачем ты это сделал? — только и смогла сказать Тина.
— Я решил, что устал пускать жизнь на самотёк, — с детской простотой ответил Тимофей. — Знаешь, я подумал о том, что хочу влиять на мир так же, как это пытался делать Марк, а как полутень я буду в этом куда круче.
— И… сколько ты так…
— Весь этот месяц.
«Слава Богу, что не дольше. Не то бы он точно заметил, что и я уже не та».
Какой парадокс. Они оба думали друг о друге как об обычных людях, а теперь они оба — носители проклятой магии. И никто из них и не догадывался. Но Тина всё равно будет молчать. Она убила себя ради Марка, ради того, чтобы помочь ему. Что же станет делать Тимофей? Что задумал он?
— Как же ты будешь снова заглушать её? Тебя же Марк едва не убил из-за этого!
— Не стану я больше её заглушать.
— Ты с ума сошёл?!
— Вообще никак. Как-то же пользуются способностями всякие там маги и экстрасенсы. Вот и я. Потренируюсь — и тоже буду помогать, кому надо. И ещё, Крис...
— Тина. Прошу, я хочу забыть это прозвище.
— А чем оно тебе разонравилось? — смутился Тима.
И она сказала:
— Потому что Крис — это старая «я», а Тина — это «я» настоящая. Неважно, поймёшь ли ты меня, но Крис ты меня больше не зови.
«А ещё потому, что так звал меня и Марк...»
— Ладно, — смирился Тимофей. — Только, Кристина, Марка-то нам нужно найти. Кто, если не мы? Моя сила может нас выручить.
«Не выручит она… Чёрт возьми, он же не знает!.. Я, конечно, ляпнула ему тогда по телефону, что Марк мог отправиться к Дому Слёз — но потом-то что-то дёрнуло меня сказать, что в Доме я его не нашла. Но это всё ложь, Марк именно в Доме Слёз, а Тима не знает. Он вообще ничего не знает!»
— Конечно, кто, если не мы! — поддержала Тина. — Я с Германом как раз занимаюсь этим.
— Не видно что-то нихрена. Видел я его, этого фрика в очках. А сколько уже прошло? Два месяца?
— Объявление о пропаже Марка уже разместили, где только можно...
— Ага, и что, полиция прямо его ищет, ночами не спит? Да ладно! Кстати, я же снова был в Доме Слёз, только полутенью… точнее, пытался туда попасть, но его там не было! Он исчез, понимаешь?
— И слава Богу, не то бы ты и застрял там! Брось ты это дурацкое занятие, ты просто не справишься! «Нет. В нём определённо проснулась полутень. Простой Тима никогда не был таким резким. Но зато он как будто и говорит по-другому».
Она отстранилась от Тимофея, опасаясь последствий его непредсказуемого настроения. Тимофей прищурился и с отвращением оскалил зубы.
— А, может, вы с Германом что-то замышляете? Может, Марк и не пропал вовсе?
— Что ты несёшь? — прошептала Тина.
— Что я несу? — громко повторил он. — Ну пипец, что ты, что Марк! Никто не хочет мне ничего объяснять! Что я, по-вашему, тупица? Я не идиот, я уж в состоянии понять, что происходит, даже, если это что-то, как говорят, «за гранью».
— Дело не в этом! Дело в том, что ты можешь сделать что-то не так вместо того, чтобы помочь, и тебе будет только хуже.
— Нифига себе! Я типа безголовый ребёнок, да? Туда нельзя, сюда не ходи! «Не в этом дело», ага? Да пошла ты!
Тина схватилась за затылок в преддверии головокружения. Правда и ложь, слившись в водовороте памяти, обрушились на неё водопадом, который она обязана была сдержать плотиной воли. Из носа потекла водянистая жидкость. Тина коснулась её и осмотрела на подушечки указательного пальца. Не кровь, это хорошо. Значит, это от холода. Или реагентов.
Тимофей, заметив её припадок, вмиг опомнился и затараторил слова извинения:
— Слушай, Кристина, прости, я не хотел обидеть тебя. Оно, оно само вырвалось! Я не подумал!
Тина шмыгнула носом, затянув солёную струйку.
— Так ты ж себя испортишь так, — прерывисто сказала она. — Не возвращался бы ты к полутени. Да и Марк зачем тебе вообще? Он не был тебе близким другом, отчего жаждешь найти его?