— Да. Но это лишь, если человек сам по себе слаб физически и ментально, и если использовать их слишком часто. Представь себе, что на время полёта между порталами мы ненадолго растворяемся на мелкие частицы, а затем эти частицы собираются вместе только на выходе...
— Ага, я поняла, к чему ты.
— Вот и отлично. А теперь давай не будем отвлекаться. Мне нужны твои чистые эмоции, помнишь?
— Конечно, Герман.
Они приехали в центральную часть города и остановились у одного старого здания. По знаку предводителя Германа, когда он заглушил мотор, Тина натянула на нос шарф и вышла из джипа.
Последовав за ней, Герман приостановил её, тронув за плечо, и вручил широкую капсулу с хранившимся в ней шприцом, наполненным Эликсиром Жизни.
— Скажи честно, — решил удостовериться Герман. — Ты точно осознаёшь, на что идёшь?
Глаза Тины гордо прищурились.
— Если мертвецы способны забирать живых на тот свет, то почему живые не могут возвращать мёртвых в их тела? Если мы можем менять будущее, то и прошлое мы в силах исправить, — она убрала капсулу в карман и добавила напоследок. — Пора кончать с этой несправедливостью.
Портал привёл их в коридор морга. Было темно, тихо, а, главное, безлюдно — идеальная атмосфера для запланированного ритуала.
Липкую тишину нарушил скрежет железа и звон магии. Струйка синего света от Воздушных Рун просочилась в замочную скважину и открыла дверь подобно ключу. Ночные гости оказались на пороге «холодильника».
— Ну что, Доктор, это здесь, да?
— Здесь, здесь. И не надо называть меня «доктор».
— Ну-ну, ты же, считай, доктор оккультных наук, а как же.
— Хватит.
Тина тихо хмыкнула, но тотчас же осеклась при виде холодильных камер морга. Герман поправил фетровую шляпу, венчавшую его голову, и пробежался глазами по ячейкам камер.
Тина не согласится на случайный труп. Новое тело должно соответствовать её Эндимиону. Да, внешне это будет не Марк, Тина смирилась с этой мыслью, но душой это будет ни кто иной, как он.
— Так… Придётся искать, — сказал Герман. — Маятник у тебя?
— Конечно.
Тина покорно отдала ему маятник, предварительно снятый с шеи. Герман ни за что ни пожертвовал бы своим, боясь любого намёка на то, что за его мыслями могут следить. Он взял маятник за цепочку и подвесил над открытой ладонью Тины. Магический компас интенсивно закружился в воздухе, вращаясь вокруг оси в течение нескольких секунд. Затем Герман подбросил его вверх и ловко поймал его в воздухе.
— Мы точно найдём его здесь, а у тебя ещё были сомнения, — заверил он.
— Мне нужно было просто… «Убедиться, что мы действительно его найдём». Ах, ладно, — Тина недовольно фыркнула и отошла к ближайшей ячейке холодильной камеры.
Открыв её, она выдвинула первый на очереди труп.
— Может, этот? — предложил Герман.
— «Он смеётся надо мной»? Нет, — твёрдо ответила Тина. — Ему на вид лет так шестьдесят. Я не хочу, чтобы он жил в теле старика. Нужно молодое тело, максимально неповреждённое.
— Логично. Так, а здесь у нас… Оу, ох ты ж… У него головы нет…
От вида трупа из второй камеры Тина схватилась за шарф и отвернулась в приступе рвоты. Это ещё хуже, чем пуля в груди. Там же... Там же... Срочно забыть об этом, срочно! Какой ужас.
— А теперь представь, каково это работать каждый день патологоанатомом, — воскликнул за спиной Герман.
Верно. Герман и не такое видел за свою карьеру, это точно. А если уж он одно время сотрудничал с экстрасенсами — и подавно. Тина быстро успокоилась, её голос приобрёл прежнюю ровность.
— Я знаю, — сказала Тина, откашлявшись от дурного привкуса. — Мне с самого начала было известно, на что я иду. Иначе у меня не было бы сил идти за тобой.
Она сама удивилась тому, насколько безэмоционально прозвучала её речь. Так же ровно, без каких-либо эмоций, за какие можно было бы ухватиться. Почти так же спокойно говорил с ней Марк, когда он отказывался от её помощи. Когда он был в больнице, когда они с Агатой ворвались к нему домой. Внезапная злость сменялась внезапным спокойствием.
Похоже, в ней заговорила полутень. Без защиты маятника она всевольна. Но сейчас эта её способность к резкой смене эмоций оказала весьма нужную услугу.
— Ага! — громко прошептал Герман, и Тина обернулась.
Герман раскрыл одну из самых дальних ячеек, из которой теперь высовывался поддон с третьим трупом. Над ним яростно кружил маятник. Тина воспрянула духом и мигом оказалась подле Германа.
— Как насчёт этого? — он откинул полотно с мертвеца, и Тина едва не вскрикнула.