Агата массировала спину Немо, проводя передачу целебной энергии, пока он сидел, сложив руки на крышке пианино. Она делала массаж каждый день, что превращало его в маленький ритуал. Знакомое, неизменно приятное тепло растекалось по его венам каждый миг, когда по спине проходили её руки.
В этой же комнате за рабочим столом сидел Даниил, который шумно печатал на компьютере, однако следил за беседой краем уха. Иногда он беспокойно оборачивался на Немо. Если же он вдруг ревновал его к Агате, то он умело это скрывал.
— Я хочу наведаться в квартиру Тимофея, — заговорил Немо, прикрыв глаза, когда Агата провела ладонями по его плечам. — Я всё ещё не могу разделять, что я помню как Тимофей, а что я помню, как я сам. Хочу проверить, поможет ли в этом моё появление там.
Это далеко не первый случай, когда разговор о продвижении во вспоминании заходил о квартире Орлова.
— Ты же понимаешь, что это огромный риск разоблачения, — сказала Агата. — Мы тебя редко из дома-то выпускаем. И это не только из-за частых обмороков, ты понимаешь.
— Понимаю. Но с Тиной гулять ты меня отпускаешь, — с долей кокетства ответил Немо.
— Ха, да ты как ребёнок, — засмеялась Агата. — Я отпускаю тебя лишь в компании с кем-либо из нас, вот почему. Тина, разве что, сама зовётся выгуливать тебя.
— Я всё слышу! — из прихожей подала голос Тина.
А между тем, такие прогулки с Тиной шли Немо более чем на пользу. Особенно в тот прекрасный день, который был около недели назад…
— Всё ещё ничего?
Немо устало развёл руками.
— Ничего.
Он и Тина неспешно бродили по аллее парка неподалёку от перекрёстка, где потерпел аварию автомобиль, в котором перевозили его новое тело. В тот же день Агата и Даниил были вынуждены уехать на вызов к новому человеку, который не мог обойтись без их магической помощи. К месту памяти Немо отвезла Тина — и именно на своём родном скутере. Агата возражала против этой затеи, напоминая, что он и так нездоров, а Тина, любительница высоких скоростей, не дай Бог, покалечит его. К удивлению Агаты, Немо согласился на поездку с ветерком, а Тина наглядно для неё отдала Немо шлем, налокотники и наколенники, сама оставшись без экипировки.
Приехав в парк, Немо искренне надеялся, что этот уголок природы в городе опустит спасительную ветвь и вытащит его из трясины, в которой смешалось его эго. Увы, смена обстановки радовала недолго. Голые ветви над головой в по-зимнему белом свете неба срастались в огромную паучью сеть, оплетая меланхолией.
— Любопытно, — сказала Тина. — Ты умирал. Твоя душа избавилась от связи с телом. Что мы всё говорим о том, что ты помнишь, когда ты был живым? Немо, не помнишь ли ты что-то... когда ты был мёртв?
Немо задумчиво намотал на палец кончик волос. Такой закономерный вопрос, а всплыл так поздно.
— Я думал об этом, помню ли или нет. И я понял, что скорее нет, чем да. Впрочем, я знаю, почему ты спрашиваешь.
— Так и есть, — они поняли друг друга с полуслова. — Каково это, быть мёртвым?
Он застыл на месте, вскинув голову к паутине ветвей. В симфонии ветра и далёкого шума машин проскальзывали знакомые нотки, оживлявшие старые, позабытые чувства, не похожие на чувства живых.
— Мне было легко. Это я точно помню. С меня как бы свалился огромный груз, который я нёс всю свою жизнь. Я почти сливался с воздухом, был с ним единым целым. Хм... — Немо опустил голову, утопив подбородок в толстом шарфе, а его костлявые пальцы рисовали невидимый образ, который вот-вот ускользнул бы из воображения. — Было ещё что-то. Что-то, что я видел, когда я уже умер. Я видел... двух девушек. И одна из них... одна из них как будто Ирма, уж очень похоже на неё. Вторую не знаю… Не могу разглядеть её, даже описать не могу.
— Непонятное видение, — проговорила Тина.
— Непонятное, — повторил он. — Они, они склонились надо мной. Та, что похожа на Ирму, похоже, сочувствует мне, а вторая негодует. А я... я не двигаюсь. Мне и легко, и тяжело. Я хотел заговорить, но я молчал. А та первая девушка... она же говорила что-то. Что-то говорила...
«Спасибо, что развеял во мне сомнения. Но как бы я хотела знать… зачем такие жертвы?»
— «Зачем такие жертвы»? — пробормотал он.
За деревьями взад-вперёд ходили спокойные вороны. Едва Немо ступил шаг навстречу, как птицы, зашелестев крыльями, взмыли к облакам точно в панике…
— И вот опять нам думать, как тебя маскировать, — посетовала Агата.
Немо возмущённо ахнул:
— Ох, надоело мне скрываться от привидений. Может, не надо уже? Сколько времени прошло, я же мёртв для мира! Кому есть дело, жив я или нет? Никто и не узнает.