– Не обязательно. – Он пожал плечами. – Они могут родиться и в мирах желаний, подобных этому. Но они уже будут не только мужчиной и не только женщиной.
– Но должна же быть у их воплощения какая-то форма? – недоумевал я.
– А ты не допускаешь возможности рождения совершенного существа? – спросил он. – Мужчина и женщина – это только половинчатые создания. В нашем нынешнем несовершенном состоянии оба пола могут эволюционировать только за счет друг друга. В тонкой структуре каждого мужчины содержится зерно неразвившейся женщины, и наоборот. А следующее с точки зрения эволюции существо будет сочетать в себе качества и совершенного мужчины, и совершенной женщины. Оно будет обладать высшими достоинствами обоих полов, но без слабостей, присущих каждому из них. Это просто будет следующий шаг в развитии человека.
– Позволь, – хотел возразить я, – но ведь есть же канонические буддистские тексты, Саддхарма-пундарика, например, или Виная… Они запрещают…
– Эти тексты относятся к несовершенным созданиям, – прервал он меня, – к мужчинам, которые меньше, чем мужчины, и к женщинам, которые меньше, чем женщины. Они не могут иметь в виду совершенное существо, о котором я говорил. А потом, я же не проповедую никакого нового учения, я только высказываю предположение…
– Слушай, а как ты смотришь на то, чтобы я написал об этом? – спросил я.
– Да пиши, пожалуйста, если тебя это заинтересовало, – он махнул рукой.
Вот я и постарался записать этот разговор так, как он отложился у меня в памяти.
Тэнгу
Во дни императора Горэйдзи в храме Сайто на горе Курама неподалеку от Киото жил благочестивый священник. Как-то раз летним днем он возвращался из города к себе на гору и увидел на дороге мальчишек, мучивших большого коршуна. Птица попалась в силки, и ребята собирались забить хищника палками.
– Несчастное создание! – воскликнул священник. – Дети, зачем вы мучаете бедную птицу?
– Мы его убьем, – ответил один из мальчишек, – и надергаем из него перьев!
Сострадательный священник уговорил мальчишек отдать ему коршуна в обмен на свой красивый веер. Получив птицу, он отпустил ее. Видно, коршун не успел серьезно пострадать и улетел.
Довольный тем, что удалось совершить благочестивый поступок, священник отправился своей дорогой. Однако он успел отойти совсем недалеко, когда навстречу ему из бамбуковой рощи вышел незнакомый рослый монах. Он почтительно приветствовал собрата по вере и неожиданно сказал:
– Господин! Твоя доброта спасла мне жизнь. Хочу отблагодарить тебя за сострадание.
Священник удивился.
– Я не припомню, чтобы мы встречались раньше, – сказал он. – Не могли бы вы назвать свое достойное имя?
– Не удивительно, что ты не признал меня в этом обличье, – усмехнулся встреченный. – Я – тот самый коршун, которого ты отнял у мальчишек на дороге. Ты спас мне жизнь, а в этом мире нет ничего дороже жизни. Так что позволь мне вернуть тебе долг. Есть ли у тебя какое-нибудь желание? Испытываешь ли ты в чем-то нужду, хотел бы что-нибудь узнать или увидеть? Я могу сделать для тебя почти все. Видишь ли, я владею Шестью Сверхъестественными Силами, так что могу многое.
При этих словах священник смекнул, что разговаривает с тэнгу. Ничуть не смутившись, он ответил:
– Друг мой, я давно укротил свои мирские желания. Мне ведь семьдесят лет; ни слава, ни богатство не привлекают меня. Пожалуй, единственное, о чем я беспокоюсь – это следующее мое рождение, но тут, как ты понимаешь, никто мне не поможет. Но одно желание у меня все же есть. Всю жизнь я сожалел о том, что не был в Индии во времена Господина нашего Будды и не присутствовал на великом собрании на священной Горе Грифов . Не было дня, чтобы это сожаление не посетило меня в часы утренней или вечерней молитвы. Ах, друг мой! Если бы я мог подобно бодхисаттвам преодолеть пространство и время и хотя бы одним глазком взглянуть на это великое событие!
– Нет ничего проще! – воскликнул тэнгу. – Я с радостью удовлетворю твое благочестивое желание. Ведь я прекрасно помню собрание на Горе Грифов. Я могу вызвать перед тобой эту картину, и ты все увидишь, словно сам там побываешь. Для нас удовольствие – показывать хорошим людям такие священные вещи. Следуй за мной!
Тэнгу привел священника на склон горы, поросший соснами.
– Теперь, – сказал он ему, – подожди немного, только глаза закрой. И не открывай, пока не услышишь голос Будды, проповедующего Закон. Тогда можешь смотреть. Но запомни! Когда явится перед тобой Будда, ты ни в коем случае не должен давать волю своим набожным чувствам: ни словом, ни жестом ты не должен показывать своего благоговения. Оставайся нем и недвижим. Не говори: «Воистину так!», не говори: «О, Благословенный!». Если сделаешь хоть малейшее движение, если издашь хоть один звук, мне придется очень плохо.