Юкико, словно няня, решившая покатать ребенка на закорках, подставила спину жене дайме.
– Госпожа моя! Я готова. Скажите, как вам помочь…
– Сейчас… сейчас я сама справлюсь, – с трудом ответила жена дайме. – Вот так… – Она приподнялась на ложе и ухватилась за плечи девушки. Каким-то сверхчеловеческим усилием она разогнула спину и встала почти прямо. Ее исхудавшие руки скользнули по плечам Юкико, проникли под кимоно и с неожиданной силой сжали груди девушки. В тот же миг умирающая разразилась жутким злобным хохотом. – Да! – хрипло выкрикнула она, – я хочу вишневого цвета! Да только не из сада! Я не могла умереть, пока не исполню свое желание, и вот теперь я получила то, что хотела! О, какое наслаждение! – С этими словами она испустила дух.
Все, кто был в комнате, сначала решили, что жена даймё в обмороке. Они попытались снять ее тело со спины девушки, поняли, что она мертва и удивились несказанно. Никакими усилиями руки умершей нельзя было оторвать от тела Юкико. Холодные, костлявые руки намертво сжали груди молодой наложницы даймё. От боли и страха Юкико потеряла сознание.
Позвали лекарей. Но и они не смогли понять, что произошло. Ничто не могло ослабить хватку мертвой женщины. Попытка применить инструменты только ухудшила положение – грудь Юкико начала кровоточить. Дело было не в том, что мертвые пальцы не разжимались. Руки жены даймё словно приросли к телу девушки, вернее, даже каким-то непостижимым образом вросли в ее плоть.
В те времена самым искусным лекарем в Йедо был иностранец – хирург датчанин. Позвали его. Он долго осматривал Юкико и наконец сказал, что в его практике это первый подобный случай. По его мнению, единственная действенная мера – это отрезать мертвые пальцы и оставить девушку в таком положении, поскольку отделять их от груди Юкико слишком опасно. После некоторого размышления так и решили поступить. Кисти рук усопшей ампутировали и на этом посчитали операцию законченной. Пальцы так и остались вросшими в тело Юкико. Вскоре они потемнели, высохли и стали выглядеть как руки давно умершего человека.
Но на этом история не кончается.
Ссохшиеся, бескровные пальцы только казались мертвыми. Время от времени они вдруг начинали шевелиться и тогда становились похожими на огромных серых пауков. Ночами, обычно в час Быка, они сжимались, причиняя Юкико страшную боль. Только в час Тигра бедняжке становилось легче .
Юкико остригла волосы и стала странствующей монахиней. Теперь ее звали Дасэдзу. Она всюду носила с собой поминальную табличку с именем госпожи и каждый день смиренно молила ее дух о прощении. Справила множество обрядов в попытке успокоить ревнивое привидение. Но, видно, плохую карму, которая и сделала возможным всю эту историю, было не так-то просто преодолеть. Каждую ночь в час Быка руки умершей приходили в движение и терзали тело Дасэдзу. Так продолжалось семнадцать лет – это число называли люди, слышавшие страшную историю от самой монахини, когда той пришлось заночевать однажды вечером в деревне Танака в уезде Каваши префектуры Кавасаки. А было это в 1846 году. После этого никто больше никогда не слышал о монахине Дасэдзу.
В Яидзу
I
Полуденное солнце придает портовому городку Яидзу особое очарование. Словно хамелеон, город принял окраску окружающих серых скал и, выгнувшись ящерицей, замер вокруг небольшой гавани. Он отгородился от беспокойного моря весьма необычной набережной, сложенной из тяжелых камней. Собственно, это дамба. Она ступенями поднимается от воды, а камни держатся за счет свай, соединенных между собой плетнями. Каждую ступень держит свой ряд свай. Если смотреть с самой верхней ступени, перед глазами оказывается весь город – скопище серых черепичных крыш и потрепанных непогодой серых бревен; дальше, за домами разбросаны по склонам гор небольшие сосновые рощицы, словно специально предназначенные для подворий небольших храмов. Если обратить взгляд в сторону моря, то за милями серой воды проступает на горизонте горная гряда в синеватой дымке и громада величественной вершины Фудзи, словно висящая в воздухе. На неширокой полосе между дамбой и морем нет песка, только камни. Их даже не назовешь галечным пляжем, скорее, это нагромождение валунов, и прибой бесконечно перемешивает его. Если день ветреный, не стоит и пытаться войти здесь в воду. Это просто опасно. Достаточно один раз попасть под удар каменной волны, как пришлось мне однажды, чтобы больше не пытаться повторить этот опыт.