И опять свист пламени принес отзвук призрачного голоса: «Можешь ли ты разъять свою душу? Нет! Твоя жизнь – за жизнь твоего творения! Твоя душа – за душу твоей Вазы!»
Слова эти заставили Пу принять страшное решение. В последний, пятидесятый раз мастер принялся за работу.
Сто раз просеял он кварц и глину, выдержал в бочке; сто раз очистил смесь самой прозрачной ключевой водой; сто раз его руки без устали перемешали вязкую массу. Вот приготовлены краски, секрет которых во всем мире известен только ему… Когда возникла заготовка будущей вазы, Пу принялся колдовать над ней, оглаживая и охлопывая до тех пор, пока глина не начала трепетать под его руками, словно мышцы человека под кожей. Поверхность вазы все более напоминала тело живого существа, по ее бокам разбежалась сеточка фиолетовых вен, сквозь них проступала красная, цвета гвоздики краска, напоминающая кровь; поверх положена ясная глянцевая эмаль, так похожая на кожу женщины, тронутую загаром. Теперь бока вазы больше всего походили на ухоженное женское тело. Никогда еще от сотворения мира руки человека не создавали такого совершенства.
Пу приказал помощникам уложить в печь для обжига самые лучшие самшитовые поленья. Пока никто из его людей не догадывался о том, что задумал мастер. А Пу, глядя как жаркое пламя облизывает и обнимает его творение, склонился перед печью и снова обратился к Духу Пламени: «О Великий Дух и Повелитель Огня! Я понял, что ты хотел сказать. Душу нельзя разделить надвое. Отдаю свою жизнь своему творению! Пусть моя душа станет душой моей Вазы!»
Девять дней и восемь ночей печь непрерывно кормили отборными дровами, поддерживая нужную температуру; девять дней и восемь ночей мастер, освещенный негасимым пламенем, внимательно наблюдал за тем, что происходит в печи, девять дней и восемь ночей люди смотрели, как рождается чудесная ваза, напитываясь дыханием огня. Накануне девятой ночи, когда его донельзя утомленные помощники собрались пойти отдохнуть, ибо работа была почти закончена, и никто не сомневался в успехе, Пу обратился к ним.
– Если на восходе солнца меня здесь не будет, – сказал он, – не бойтесь достать вазу. Я знаю, что повеление Сына Неба будет исполнено.
Рабочие ушли.
И на девятую ночь мастер Пу шагнул в пламя печи, отдавая свой дух Богу Огня, свою жизнь – своей работе и свою душу – своей вазе.
Когда на утро вернулись его помощники, чтобы достать из печи фарфоровое диво, даже от костей Пу не осталось и следа, но о чудо! Ваза жила! Они рассматривали ее со всех сторон, и ваза трепетала от прикосновений, как живая, она отзывалась даже на мысль, обращенную к ней, больше того – когда к ней прикасались, возникал звук, похожий на голос, повторявший имя создателя – ПУ.
* * *
Сын Неба долго рассматривал чудесную вазу, потом вздохнул и сказал:
– Поистине, свет еще не видывал такого чуда, сотворенного верой и чувством долга! Мы вовсе не стремились к тому, чтобы наше повеление было исполнено ценой столь великой жертвы. Мы только хотели убедиться, кто покровительствовал мастеру – благие боги или злокозненные демоны, что вдохновляло мастера – Небеса или Бездна. Мы убедились. Мастер Пу занял свое место среди богов.
Император долго носил траур по своему преданному слуге, и такого при дворе никогда не случалось... Императорским указом был установлен ритуал поклонения богоподобному художнику, предписано во веки веков чтить память несравненного мастера Пу, а его изваяния надлежало установить во всех крупных городах Поднебесной, а прежде всего в центрах производства фарфора, дабы мастеровые могли постоянно повторять его имя и призывать его благословение на труды своих рук.
Примечания
1 Перевод В. Потаповой.
2 Другое название – остров Святой Марфы. (Левкас – от греч. leukos – белый, название восходит к необычно белому цвету песка на побережье острова. В греческой транскрипции название острова звучит как Лафкадия. Отсюда происхождение первого имени Хирна.) Прим. перев.
3 Дарем (англ. Durham) – город на северо-востоке Англии, административный центр одноименного графства. Графство носит название на ирландский манер, а не так, как принято по-английски – Даремшир. Прим. перев.
4 Минамото – группа родов древней и средневековой Японии, происходивших от детей императоров, которым было отказано в статусе принцев. Им была предоставлена фамилии Минамото (яп. «источник»). Эти роды также известны как Гэндзи («род/роды Минамото»). Род Минамото находился в постоянной борьбе за власть с представителями рода Тайра. Прим. перев.