И было много зелени, преимущественно там, где виднелись просветы. Зелёные ежевичные кусты, папоротники, травы — поистине небывалое явление для суровой морфелонской зимы.
Спустя несколько дней Марк снова увидел Никту. Она была одета в тёплую шерстяную мантию и выглядела уставшей.
— Где ты была?
— Пыталась разузнать о тебе и твоей миссии в Каллирое.
— И что узнала?
— Что теперь ты не единственный миротворец в Каллирое. Примерно тогда же, когда ты появился в Мутных озёрах, в Мелисе возник человек, который утверждает, что он новый миротворец. И многое указывает на то, что этот человек не шарлатан.
— Миротворец? Новый миротворец? Восьмой?
В голове пронёсся поток мыслей, породив в душе беспокойную смесь из тревоги, воодушевления и далёкой, неясной грусти.
— Это очень странно, — Никта редко выглядела озадаченной, но сейчас не пыталась скрыть, что теряется в догадках. — Принцип появления миротворцев гласит: «не приходит новый, пока не уйдёт прежний». То есть, двух миротворцев быть не может. Значит, либо этот человек не миротворец, либо…
— Ну, договаривай!
— Либо ты завершил свой путь миротворца.
Марк смутился. Причём смутили его не слова Никты, а внимательный взгляд её ярко-синих миндалевидных глаз, обращённый будто вглубь его души.
«В чём дело? — спросил Марк себя. — Что меня беспокоит? Я ничего не теряю. Даже если я больше не миротворец, у меня всё равно есть какая-то миссия в Каллирое. Может быть, я призван сюда, чтобы… чтобы…»
— Логос, — произнёс Марк. Меч-символ миротворца, передаваемый из рода в род, всплыл в его памяти сверкающим стальным чудом. — Мне кажется… возможно, я должен передать Логос новому миротворцу.
Он выпалил это сразу, даже не успев обдумать возникшую мысль. Но почему-то от этой идеи на душе у него стало легко и свободно, вмиг исчезло всякое беспокойство.
— Передать Логос? И всё? — Никта покачала головой. — Это могла сделать и я. Логос-то у меня.
— И ты молчала?! Надеюсь, ты спрятала его не где-нибудь в Диких горах?
— Нет, он здесь, рядом. Идём.
Они направились к меже лесного городка, где виднелись защитные сооружения, сливающиеся с фоном леса.
— Кстати, откуда ты узнала об этом Восьмом миротворце? В Мелис успела съездить что ли?
— Нет, до Мелиса сейчас не добраться. Как ни странно, но об этом человеке я услышала от лесных чародеев.
Марк нахмурился.
— Ты им доверяешь?
Никта не ответила. Вместе они вошли в хорошо укреплённый и замаскированный дом, сооружённый между двумя неохватными стволами титановых деревьев. Мебели здесь не было, вместо стола — циновка, вместо стульев — маленькие подушки. Хранительница одёрнула половик, повозилась с тайным механизмом круглой дверцы и спрыгнула вниз в темноту. Вернулась она через минуту, держа в руках старую потрёпанную книгу, точнее книжный свиток.
У Марка сильно заколотилось сердце. Эту книгу он узнал бы и с закрытыми глазами. Даже не прикасаясь к ней, он почувствовал исходящее от неё тепло.
— У нас есть верный способ узнать, являешься ли ты до сих пор миротворцем, — сказала Никта, сдувая пыль, и протянула книгу.
Трепетно приняв толстый свиток, Марк закрыл глаза.
«Вот и свиделись, мой меч, мой символ и мой путь. Надолго ли? Или ты уже уготован новому хозяину?»
— Слово-меч! — твёрдо произнёс Марк формулу знамения.
Книга откликнулась живым теплом, и ещё за миг до того, как в руках Марка возник сверкнувший обоюдоострый меч, он уже знал: чудо свершилось! Знамение миротворца по-прежнему сопровождает его путь! Тёплая рукоять наполняла руки живительной силой. Чистая, зеркальная сталь сверкала, словно просилась в бой — идеальное лезвие, не нуждающееся в заточке, совершенное оружие, какого не выковать никому из смертных. Клинок, родившийся в руках Первого миротворца мистическим образом, служил целому поколению миротворцев в течение сорока лет, и за всё время на нём не появилось ни единой зазубрины, ни тени коррозии.
Истинный духовный меч, обретший форму!
— Ты по-прежнему Седьмой миротворец, — прошептала Никта с восхищением.
В душе Марка горело восторженное чувство, но, повинуясь прежней догадке, которая подарила ему такую лёгкость, он кротко опустил меч.
— Возможно, только до того момента, когда я передам меч новому миротворцу.
Улыбка исчезла с лица хранительницы.
— Почему ты так настойчиво вбиваешь себе в голову эту мысль?
— Меч отзывается на мой приказ потому, что я остаюсь его законным носителем. Но не более того. Не знаю, как объяснить… Я изменился, Никта. Многое переосмыслил. Помнишь наш поход в Амархтон? Тогда меня что-то влекло, мной что-то двигало, а теперь… теперь я стою с этим мечом и не знаю что делать и куда идти. Мне кажется… он больше не принадлежит мне. Не думаю, что пророк Эйреном изрёк обо мне новое пророчество.