Марк не впервые поймал себя на мысли, что невзирая на всю неповторимость этой девушки, он никогда не смог бы её полюбить. Она создана не для любви и семейной жизни. Хотя… Интересно, каким будет тот человек, с которым эта лесная нимфа свяжет свою жизнь?
Светловолосая Лейна была полной её противоположностью. Мечтательная, но не слишком целеустремлённая, она была готова довольствоваться тем, что преподносит ей судьба, не жалуясь на неё и не прося многого. Она ни за что не хотела раскрывать истинные причины, по которым покинула родной дом и предпочла судьбу скиталицы, но эта тайна не делала её образ мрачным, как в случае с Никтой.
— Почему ты мне сразу не сказала, что моим противником будет Амарта? — спросил Марк хранительницу.
— Я сама узнала об этом только перед самым поединком. А там — не хотела тебя страшить ещё и этим.
— Убитый моим мечом чародей был её дядей — братом её матери. Странное совпадение.
— Было бы очень хорошо, если бы это оказалось совпадением. Но я уверена, что кто-то за этим стоит. Кто-то необычайно искусный как в магии, так и во владении мечом. И к тому же — очень быстрый в своём передвижении.
— Кто это может быть?
— Думай, Маркос. Это тот, кто хочет, чтобы ваша вражда с Амартой разгорелась вновь. Кто-то, кому очень надо возродить Проклятие миротворцев.
— Саркс? — тихо произнёс Марк.
— Саркс — это дух, он ничего не может без тела. Но… — хранительница взглянула на Марка с подозрением, будто в нём затаилось что-то чуждое и очень недоброе. — Саркс, скорее всего, способен знать твои мысли и переживания… и уж конечно твоё местопребывание. И передавать свои знания третьему лицу.
Марк невольно сжал приложенный ко лбу мешочек со снегом: по лицу пробежали сразу две струйки талой воды.
— Я не думал об этом. Это действительно возможно. И только одна магическая наука может установить с ним связь — некромантия!
— Верно. Но ни один некромант не сунулся бы в сельву, где его ненавидит всё сущее. Это кто-то… кто-то поистине необъяснимый!
Марк удручённо вздохнул.
— Если он действительно таков… то нам никак не уберечься от его ловушек.
— Даже если так… Сегодня ты доказал, что любую подлость врага можно обратить во благо. Благодаря Поединку Правды вражда между Лесным Воинством и лесными чародеями приутихнет. Ты, воин, сражающийся на стороне Морфелона, проявил уважение к их клану. Для притесняемых и презираемых лесных чародеев это очень важно. Скоро об этом поединке узнают другие кланы. Как знать, может быть, твой акт уважения станет сигналом для общего примирения.
— Хотелось бы верить, — промолвил Марк и тут, вспомнив, о своём намерении, поднял голову. — Теперь-то твои Старшие меня отпустят?
Никта улыбнулась: ободряющее влияние её улыбки передалось и Лейне, деликатно молчащей во время разговора. Она мигом подняла к подруге взгляд небесно-голубых глаз с горящей в них тягой к новым странствиям.
— Только не говори, что это дело касается только тебя и Маркоса! — с шутливой сварливостью проговорила плеонейка.
— Элейна… — мягко отозвалась хранительница.
— И что здесь я нужна больше, чем в вашем походе в Мелис! — добавила девушка настойчиво. — Ты забыла: мы связаны узами воительниц!
Никта перевела взгляд на Марка.
— Видишь ли, Маркос, мы с Элейной настолько сдружились за эти годы, что нас теперь не разорвать. Поверь, она хорошая помощница в походе…
— Да, конечно, конечно! — подхватил Марк тут же спохватившись, что слишком бурно выражает согласие.
Через три дня, закинув за спину вещевые мешки, Марк, Никта и Лейна отправились в путь. Кожаный доспех наёмника Дубового Листа, подпорченный в схватке у Раздорожной Таверны, после Поединка Правды пришёл в полную негодность: Марк разжился в Лесном Воинстве шерстяной туникой и зеленоватым матерчатым плащом. Лейна предпочитала путешествовать в холщовых штанах, плетёной жилетке и накидке из лоскутков зелёной ткани, подобных ивовым листьям. Хранительница оставалась верна своим длинным коричневым одеждам, прихватив в дорогу шерстяную накидку.
Прежде всего Марку предстояло наведаться в лагерь наёмников. Сотник Фест знал от Сурка, что его Подорлик находится в Лесном Воинстве, и Марк уже получал от него весточку с требованием вернуться в лагерь немедля, как только встанет на ноги. Лесной стрелок Береван, передавший весть, хмуро намекнул, что вряд ли морфелонский воевода позволит ему так просто покинуть лагерь и посоветовал вовсе не соваться в это «логово цепных псов Кивея».