— Меч-символ миротворца?
— Да. В руках миротворца эта книга превращается в меч.
В глазах Мелфая загорелся огонёк.
— Ты знаешь, где её найти?
— Она у меня с собой. Если тебя осенит её знамение…
— С собой?! И ты молчал?! — юный маг подался вперёд. — Давай испытаем! Прямо сейчас!
— Не думаю, что превращать книгу в меч на глазах этой публики хорошая затея, — оглянулся вокруг Марк.
— Можно найти укромное место, — Мелфай взволновано осмотрелся. — Винный погребок или уборная.
Марк поглядел на юного мага с иронической укоризной. Мысль о знамении миротворца и передачи освящённого Логоса в отхожем месте показалась ему кощунственной.
— О, знаю одно местечко, идём!
Мелфай что-то прошептал на ухо старому трактирщику и сунул ему какую-то крупную монету. Трактирщик кликнул служанку, и та через минуту вернулась с вычурным кальяном на подносе. Затем, проведя Марка и Мелфая на второй этаж, девушка ввела их в маленькую комнатку с крошечным окошком и двумя топчанами, поставила поднос на пол и убежала.
Мелфай закрыл дверь на крючок.
— Доставай Логос, мы одни.
Марк подумал, что комната для курения дурмана ещё менее подходящее место, чем уборная, но вслух говорить не стал. В конце концов, он не собирается тут устраивать церемонию посвящения.
«Вот и всё, Седьмой миротворец. Если книга зажжётся в руках Мелфая — Логос будет безраздельно принадлежать твоему преемнику».
— Один вопрос, Мелфай. Если знамение миротворца подтвердит твоё призвание, что ты намерен делать дальше?
В глазах юного мага горела нетерпеливость. Похоже, он уже чётко видел себя обладателем священного меча, и всякое промедление его только раздражало.
— А если мой ответ тебе не понравится, то что: оставишь Логос себе? — съязвил он.
— Я бы не осмелился: Логос не моя собственность. Я обязан передать его Восьмому миротворцу. Так же как Восьмой будет обязан передать его Девятому. Мне просто надо знать. Ты ведь не возражаешь, если я стану твоим проводником? Хотя бы на первое время…
— Э-э… ну да, конечно, буду рад, Маркос, — юный маг уже совладал со своей нетерпеливостью. — Я думаю, что меч сам подскажет мне путь. В Анфею, так в Анфею, в Амархтон, так в Амархтон. И пусть Яннес себе злится сколько влезет!
Марк вынул из чехла на поясе книгу. Шершавый пергамент, казалось, был нагрет.
Перед глазами пронеслись картины дальнейшего пути: Восьмой миротворец и он — его проводник и наставник — отправляются к пророку Эйреному. А потом они вместе с Сурком, Никтой, Лейной — одной славной командой идут в Амархтон — во исполнение пророчества. Да, это будет здорово! Наконец-то он нашёл тот путь, ради которого пришёл в Каллирою!
— Что я должен сделать, Маркос?
Марк медлил.
— Ты знаешь, откуда появился Логос?
— Я слышал историю о Первом миротворце, — протянул руку Мелфай.
— Этот меч передаётся от миротворца к миротворцу уже больше сорока лет.
— Я знаю, Маркос. Сказания об этом говорят.
— Этим мечом вершили не только добро…
— Маркос!
— Да, конечно… вижу, ты всё знаешь. Возьми.
Пальцы юного мага сжали древний пергамент. Марк заметил, как лихорадочно заблестели его глаза.
«Ты уверен, что всё делаешь правильно, миротворец?» — промелькнула коварная мысль.
А в следующий миг уже не мысль, а странное чувство насторожило его, как настораживает необъяснимое наитие, подсказывающее, что где-то впереди, в придорожных кустах затаился хищник.
— Что я должен произнести, Маркос?
«Что происходит? Откуда это беспокойство?»
— Маркос, слышишь? Что я должен сказать?
Марк вздохнул.
— Ты должен поверить, что твой путь, твои самые сокровенные мечты сокрыты в этой книге. Что меч, спрятанный в ней — это то оружие, которое победит твоего злейшего врага. Представь и скажи с верой: «Слово-меч».
— Слово-меч! — громко повторил Мелфай.
Никта в третий раз обошла таверну, рискуя привлечь к себе внимание. Она ясно чувствовала, что в этой ночлежке находится кто-то или что-то, обладающее огромной магической силой, но не могла понять что. Уловила лишь почти незаметный шлейф тумана, проплывший к таверне, едва только Мелфай вошёл следом за Марком в «Морской конёк».