— Вперёд! Быстрым шагом, вперёд! — повелел сотник, направляя перед собой ряд копейщиков с высоко поднятыми прямоугольными щитами.
— Во гады, во гляди, что делают! — шипел Сурок, очевидно, успев пожалеть, что отказался от щита. Пока что его спасала проворность — трижды он увёртывался от летящих в лицо копий.
— Держись за моей спиной, — отозвался Марк, и в этот момент едва удержал щит, по которому скользнуло вражеское копьё.
— Ага, может, и на плечи меня возьмёшь? — огрызнулся тот.
Копья летели, не прекращаясь, и Марк не мог найти этому объяснения. Ведь для того, чтобы после броска схватить и бросить новое копьё нужны секунды три-четыре, а тут — сплошной поток шелестящей смерти!
Внезапно ураган копий прекратился. Фест, будто того и ждал, бросился вперёд, прокричав:
— Вперёд! Бегом, бегом!
— Вперёд, пока они свои металки перезаряжают, — шепнул Сурок.
— Металки? — удивился Марк, но на большее времени не было.
Отряд рванулся через заросли папоротников, оставляя за спиной павших соратников, ещё минуту назад идущих рядом. Убитым уже не поможешь, а раненые пусть позаботятся о себе сами. Враг — вот о ком надо думать в эту минуту! Если не сокрушить его сейчас — спасения не будет никому; раненых тоже не пощадят.
Это понимали все, и назад никто не бросился: страх убегать через лес в одиночку был слишком велик. Спасение только в атаке. Увидеть врага, увидеть! Остальное казалось неважным.
— Только б добежать, только б добежать… — молился бегущий рядом Сурок.
Копья больше не летели. Очевидно, враг избрал другую тактику против наступающей в беге пехоты. «Неужели предпочтут честный бой лицом к лицу?» — с надеждой подумал Марк, тут же осёкшись. Какая к хаосу честность у нелюдей!
Первый ряд копейщиков остановился по громкому приказу Феста. Отряд снова начал сбиваться в монолитный корпус, десятники толкали ошалелых воинов, расставляя копейщиков по краям. Воины потрясённо повиновались, многие были бледны как смерть. В эту минуту никто не думал ни о награде, ни о долге: выжить — вот главное сейчас. В такие минуты неокрепший воин готов пообещать всё, что угодно, готов согласиться прожить всю жизнь в рабстве или в темнице, лишь бы выжить…
Марк проходил это в своей жизни. А потому не стал ждать команды, а быстро протиснулся к левому краю колонны. Здесь была возможность для обзора, а это первое, что сейчас нужно.
И наконец-то он увидел своих врагов. Они перебегали по одиночке от дерева к дереву, не слишком прячась, но и не напрашиваясь на стрелу. На даймонов эти существа и впрямь были не так уж похожи, но на людей — ещё меньше. Если, конечно, не считать схожестью наличие двух рук, двух ног, одной головы и туловища. Зеленовато-коричневые, почти однотонные с лесом тела — на их фоне тёмно-зелёные плащи морфелонских наёмников выглядели ярким маскарадом. Руки и ноги существ покрывал буйный травянистый волос, туловища были покрыты, не то одеждами, не то доспехами из листьев — если бывают листья толщиной с палец. Голые пальцы или скорее щупальца, поскольку они были вдвое длиннее, чем у взрослого человека, сжимали что-то угрожающе шевелящееся.
Солимы. Враг опасный и хитрый. Простые даймоны так бы не рассредоточились, а сбились бы в кучу и повалили бы толпой на щиты и копья. Солимы брали хитростью и проворством. Марк видел, как несколько лучников спустили тетивы, но существа легко увернулись от их стрел. Ясно теперь, что впустую делали лучники залп наугад.
— Берегись! — закричал кто-то, тыча мечом вверх.
И тотчас сверху полетели круглые сетки, накрывая лучников с головой.
— Не дышать! — крикнул Фест, но пять-шесть стрелков успели вдохнуть одурманивающий запах сеток и теперь медленно валились на землю.
Оказалось, врагам нужно было всего лишь отвлечь лучников. Со всех сторон к отряду сиганули десятка два солимов, безоружных на вид. Марк успел удивиться: что, неужели они собираются бросаться на плотный строй копейщиков?
Однако солимы не были глупцами. Едва на них глянули железные наконечники морфелонских копий, как то угрожающе-шевелящееся, что было в руках нелюдей, полетело в строй.
— Змеи! Берегись, это аспиды! Это древесные аспиды!
Копейщики шарахнулись, расталкивая и валя с ног собратьев. Древесные аспиды слыли самыми ядовитыми змеями Спящей сельвы. И хотя зеленоватые гадины были неспособны прокусить кольчугу или сапог наёмника, незащищённых мест у людей хватало.
— Берегись! Дави гадин! — послышалось отовсюду.
Стройный ряд наёмников стремительно разрушался — не на это ли и была рассчитана атака метателей аспидов? Даже упавшие на землю аспиды приводили в ужас бойцов — люди шарахались, сея вокруг себя панику. Кто-то из ужаленных в щеку наёмников простонал и откинулся на спину. Лицо воина быстро опухало от яда.