— Прекратите! — закричала я. Мой голос прозвучал немного громче шепота.
— Мне жаль, Морган, — сказал Хантер, и печаль в его голосе разбила мне сердце. — Я тебя подвел.
— Нет, это не так. Все хорошо, любимый, — сказала я, пытаясь успокоить его. Больше я не могла ничего сказать. Все душераздирающее отчаяние настигло меня. Это я его подвела. Хантер и я проиграли, и все из-за моего рокового высокомерия. Никто из нас не выйдет живым. Я подписала свой собственный смертный приговор, и Хантера тоже.
— Уберите его в надежное место, — приказал Кьяран. — Мы позаботимся о нем позже.
Ласка и шакал вытащили Хантера из комнаты. Несколько минут спустя они вернулись. Медведь снова начал петь. Ритуал возобновился. Мне было все равно.
Животные кружили против направления солнца. Круг, неожиданно перестал двигаться и разошелся. Кьяран в волчьей маске подошел к столу. Он положил руку по обе стороны моего лба.
— Нет! — закричала я. Я знала, что будет. Он собирался силой провести тат-меанма. Даже если бы я не была слабой и накачанной наркотиками, сомневаюсь, что у меня был бы шанс выстоять против Кьярана. Он был самой сильной ведьмой, которую я когда-либо знала. У него будет доступ к моей памяти, мыслям и мечтам. Я не смогу ничего скрыть от него.
Я попыталась погрузиться в туман, который заполонил мои мысли. Попыталась ни о чем не думать. Я чувствовала силу Кьярана, протекающую через его руки ко мне. Я боролась с ним за сердцебиение, а потом ко мне пришли галлюцинации, вспышками я вновь переживала всю свою жизнь, с момента рождения. Наблюдая и чувствуя картину за картиной, когда они вспыхивали в ярких, почти неестественных цветах.
Прилив воздуха, света и звука: как я проходила в темноте рождающегося канала. Ангус, со светлыми волосами и ярко-синими глазами, осторожно касался меня руками.
Днем позже. Мейв качает меня в колыбели, со слезами вглядываясь в лицо. Говорит: — У тебя глаза отца.
— Черт возьми! — это было проклятие Кьярана. Он разорвал связь, и мое видение затуманилось. Еще одно заклинание, чтобы скрыть то, чего они не хотят, чтобы я увидела. Я услышала шаги и звук закрывающейся двери.
Воздух в комнате изменился. Кьяран ушел. Также, как и Хантер.
Глава 13. Правда
29 Февраля, 1984
Солнце встает… а с ним умирает влюбленность.
Мейв лежала в моих объятиях. Утренняя роса блестела на ее коже. Я вытащил маленькую соломинку из ее волос и сказал ей, как она прекрасна.
— Нет, Кьяран! — она встала на ноги. — Так не должно быть. Я должна жить с Ангусом, а у тебя есть жена и ребенок.
— Забудь о моей жене и ребенке. Я оставил их. И к черту Ангуса! — крикнул я. — Я устал от причин, которые мешают нам быть вместе. Мы муирн-беата-дан. Мы должны быть вместе.
Но она не хотела слушать. Она продолжала бичевать себя. Ангус был так добр к ней, так внимателен и ласков. Как она могла так обидеть его? То, что мы делали, было неправильно, аморально, самой предательской вещью.
— Как насчет предательства нашей любви? — спросил я. — Ты была полностью согласна все эти три года.
Я объяснял, что оставил мою жизнь в Шотландии. Моя семья, мой ковен, они больше не были частью моей жизни. Я был здесь в Америке, готовясь начать с ней жизнь заново. Что еще она хотела от меня?
— Я не могу жить с тобой, — сказала она. Она убежала через поле, похожая на испуганного кролика, та, которой было предназначено стать высшей жрицей Белвикета.
— Хорошо, а я не могу смотреть, как ты живешь с Ангусом, — крикнул я ей вслед.
Так скажи мне, Мэйв, когда ты выбрала такой путь, и я не могу этого простить, какова цена твоей жизни?
Нимхид
Когда Кьяран вышел из комнаты, сова заняла его место.
— Надо продолжить обряд, — сказала она.
Они начали скандировать снова. Я чувствовала, как растет темная энергия, вызывающая лилово-черный свет, забирающий мою магию. И я ничего не могла сделать, чтобы остановить это. Я была совершенно без сил.
Я думала о Хантере. Как сильно я люблю его. Как он был готов отдать жизнь за меня. Он был моим муирн-беата-дан, и я это знала, но никогда не позволяла себе признать правду.
Внутри меня поднималось сожаление. Сожаление обо всем, что я сделала неправильно.
Я никогда не говорила моим родителям, как сильно я ценю их. Они дали мне прекрасный дом и всю их любовь, а когда я узнала, что меня удочерили, это все казалось ненужным. Потому что из-за меня Мери-Кей похитили. Потому что из-за меня умер Кэл. Он отдал свою жизнь за меня, и я зря потратила все это.
Потому что из-за меня Хантер должен был умереть. И это было самой ужасной вещью из всех.