Женщина завернула их в солнечно-желтую бумагу и перевязала фиолетовой лентой. Когда я несла их домой, то защищала цветы от ветра и не обращала внимания на покалывание у основания шеи.
Оказавшись в своей крошечной квартирке, я закрыла на все замки и вздохнула с облегчением. Я вытащила карточку с пляжной фотографией и вставила ее в раму зеркала, висевшего у входной двери. Затем поставила маргаритки в вазу и на комод под зеркалом. Все это так незначительно и просто, но это мой способ почтить память погибшего. Мой способ отдать дань тому героическому поступку, который он совершил ради меня.
Не знаю, имело ли то, что я сделала, значение, но мне стало легче, так что, думаю, оно того стоило.
Я повернулась, когда мимо крошечного окна пронеслась темная тень, на мгновение погрузив комнату в темноту. Когда я выглянула в окно, на небе не было ни облачка, которое могло бы затмить солнце.
Откуда же взялась темнота?
Глава 9
Декс
«Знакомство — представление одного человека другому или другим».
Первый шаг к убийству — это разведка. Что ж, это казалось логичным первым шагом. Я решил, что будет проще убить Цель, изучив ее привычки и распорядок дня. Тогда смогу выбрать наилучший способ устранения. Решив, как лучше ее убить, я смогу разработать план и воплотить его в жизнь. Работа будет выполнена, и я смогу забрать свое настоящее тело, получить прибавку к зарплате и жить в достатке до конца своих дней.
Я вел «Родстер», пока не оказался вниз по улице от закусочной, где, как я знал, работала Цель. Я припарковался на свободное парковочное место дальше по улице и вышел, чтобы пройти остаток пути пешком, засунув руки в карманы тяжелой черной кожаной куртки и уткнувшись подбородком в грудь. Тротуары были посыпаны солью, но кое-где все еще виднелись несколько участков льда, и я обходил их стороной, понимая, что мои «Конверсы» не совсем подходят для ходьбы по скользкой земле.
Может, стоит купить пару ботинок... Нет, мои кеды мне нравятся больше.
Когда я подошел ближе, старался не смотреть на место своей гибели. Но было бесполезно. Мой взгляд автоматически устремился туда. Скамейки, которую снес автобус, по-прежнему не было. Но, кроме этого, все остальное выглядело невредимым.
Как будто аварии никогда и не случалось. Как будто я никогда не умирал. Вот только это произошло... и я умер.
Я заставил себя отвести взгляд от этого места и посмотреть в сторону закусочной. Стеклянные окна были освещены, а вывеска «Открыто» на двери светилась красным и синим. Я без колебаний распахнул дверь и выбрал столик в дальнем углу, присев у стены, чтобы видеть всех присутствующих.
Официантка в черном фартуке и белой рубашке подошла и протянула мне меню, пока я заказывал кофе. В заведении было не так многолюдно. Было занято несколько столиков, и пару человек сидели за стойкой, но это все. За стойкой раздачи работал повар, а две официантки были заняты, наливая кофе и работая с кассой.
Цель я не видел. Я был абсолютно уверен, что узнаю ее, если увижу. В конце концов, ее лицо было последним, что я увидел перед смертью.
Слегка раздраженный тем, что мои планы с разведкой провалились, я уткнулся лицом в меню. Я мог бы и поесть. Было бы странно, если бы я встал и ушел, не сделав заказ.
Через несколько мгновений на стол рядом с моим локтем опустилась чашка с кофе, а рядом с ней — несколько пакетиков со сливками. Я все еще решал, что выбрать: блинчики или чизбургер, и не удосужился поднять глаза.
— Вам нужна минутка на раздумья? — спросила официантка.
Я поднял голову, чтобы отмахнуться от нее, но мой взгляд задержался, когда я увидел, кто это.
Девушка.
Цель.
Должно быть, она зашла с черного хода.
Разумеется, я узнал ее, когда увидел, но это было нечто большее, чем просто узнавание. Все воспоминания последних нескольких секунд моей жизни нахлынули волноц.
То, какой холодной была земля подо мной. То, каким разбитым и сломанным ощущалось мое тело. Как больно было дышать, а потом пустота. Как глазами цеплялся за последнее зрелище, которое, как думал, я когда-либо увижу...
Ее лицо.
Ее прекрасное лицо.
У нее длинные волнистые волосы, темные, как кофе, но с вкраплениями светлых прядей, которые напомнили мне о кружащихся кофейных сливках, которые я недавно открыл для себя. На бледном овальном лице выделялись темные, как у кошки, глаза, а на слегка округлых щеках красовался розовый румянец.
Она переступила с ноги на ногу и постучала ручкой по листу бумаги в своей руке, и я понял, что молчал слишком долго.