Она закатила глаза.
— Знаю. — Она схватила свой кекс и уселась обратно на диван, взяв пульт, чтобы включить фильм. Как только на экране пошли титры, Фрэнки нажала на кнопку паузы.
— О, чуть не забыла. К тебе приходил какой-то парень.
— Парень? — спросила я, сразу подумав о Дексе. — Он был в очках?
Она покачала головой.
— Нет. И был похож на куклу Кена. Идеальные волосы, одежда и улыбка.
— Ну, это не Декс, — пробормотала я про себя, и Фрэнки рассмеялась. — Но он симпатичный, — добавила я.
— Ну, он определенно знает толк в цветах. — Мы обе посмотрели на маргаритки. — В любом случае, это было до того, как ты пришла с едой, и я открыла дверь. Он, наверное, подумал, что я — это ты, потому что вел себя очень ловко и очаровательно. Когда он назвал меня Пайпер, я рассмеялась и сказала, что он ошибся девушкой. Оказывается, Кен не такой уж и идеальный. Все это очарование улетучилось в миг. Он стал высокомерным, язвительным и грубым, — сказала подруга с ноткой «как он посмел» в голосе. — Я получала огромное удовольствие, когда выгоняла его.
Я рассмеялась.
— Чего он хотел?
— Понятия не имею. Наверное, продавал пылесос, а когда понял, что я не собираюсь ничего покупать, решил снять маску очарования.
— Ну, я рада, что тебе, а не мне, пришлось иметь дело с ним, — сказала я, пальцем смахнув немного глазури и розового сахара с верхушки кекса. Он растаял, как только попал на мой язык.
— Да, что ж, думаю, раз уж это мне пришлось его выгонять, я заслужила два кекса. — Наклонившись вперед, она достала еще один кекс, поднесла их оба к лицу и усмехнулась. — Лучше бы в этой коробке был еще один для меня.
— Ты и так все съела, сестренка, — пропела она, а затем посмотрела на телевизор. — А теперь включай. Хочу посмотреть на мужской пресс!
Я включила телевизор и с помощью нескольких очень горячих парней и вкусного десерта удалось забыть о видении. Тем не менее я знала, что придет время, когда снова начну волноваться.
Глава 23
Декс
«Няня — человек, который заботится
или присматривает за кем-то или чем-то,
что требует внимания или руководства».
Я был наверху, наслаждаясь комфортом своей двуспальной кровати и плоского экрана, когда по дому раздался звонок. Я проигнорировал его, зная, что это, скорее всего, просто ребенок, продающий печенье для девочек-скаутов, и Хоббс все равно ответит.
Когда через несколько минут звонок прозвонил снова, я приподнялся на локте.
— Хоббс! Дверь!
Я знал, что он там, внизу. Я чувствовал запах готовящегося ужина. То, что он готовил ужин, не означало, что он не мог открыть дверь. В конце концов, он был дворецким. Он, вероятно, обучался подобным вещам.
Я сосредоточился на телевизоре, и тут снова раздался звонок, в третий раз подряд. Кто бы ни был за дверью, он очень нетерпелив. Бросив пульт на ближайшую подушку, я спрыгнул с кровати и направился вниз по лестнице, все время бормоча о том, что надо бы найти помощника лучше.
Я прошел мимо кухни, в которой не обнаружил Хоббса, но отметил, что ужин уже готов. Возможно, он сейчас был у двери. Я пожалел, что встал. Я завернул за угол и вошел в прихожую, Хоббса там не было.
Я покачал головой и открыл дверь, ожидая наброситься на какого-нибудь ребенка, но это был не он. Это был мужчина со странным ярко-красным пульсирующим облаком вокруг него.
Оно было точно таким же, как то, что я видел в колледже.
— Чертовски вовремя. На улице мороз, — сказал мужчина, протискиваясь мимо меня, чтобы пройти в дом.
— Кто ты, черт возьми, такой? — спросил я, обратив внимание на черную сумку, которую он нес.
— Твоя нянька, — ответил он, окинув взглядом прихожую, а затем повернулся, чтобы посмотреть на меня. Он был высоким, на несколько дюймов выше меня, с темными волосами, которые были уложены слишком идеально. Его зеленые глаза наблюдали за мной, пока он, поставив сумку, затем расстегнув свое черное пальто.
— Я бы сказал тебе, чувствуй себя как дома, — проворчал я, — но ты не останешься.
Он ухмыльнулся, снял пальто и повесил его на ближайшую вешалку. Затем пошел прочь, вглубь моего дома.
— Ты не слышал, что я только что сказал? — сказал я ему, когда он зашел на кухню.
— Да, мне здесь не рады. Но не ты устанавливаешь правила, — сказал он, поднимая крышку кастрюли на плите. Затем он посмотрел на меня. — Дорогой, ты все приготовил, — сказал он фальцетом.
— Убирайся.
— Вот как обстоят дела. Может, ты и живешь здесь, но это не твой дом. Пока что, — сказал он, осматривая все шкафы. Значит, он был Эскортом, как и я. Шторм был прав насчет нас, когда говорил, что мы можем опознать друг друга.