— Мое имя абсолютно оправданно. — Он встал и наполнил свою тарелку еще одной порцией чили.
— Люди считают тебя очаровательным? — Я насмешливо хмыкнул. Я думал, он засранец.
— Я умею находить подход к людям.
Я издал рык.
— Люди благодарят тебя, когда ты их убиваешь?
— Я даю одиноким — друзей, отчаявшимся — надежду, а отвергнутым — признание.
Когда их время подходит к концу, они уходят счастливее, чем были.
Я снова посмотрел на него, не обращая внимания на красный цвет, пытаясь разглядеть то, что, по его словам, видели в нем другие. Все, что я увидел, — это белые, идеальные зубы, широкие плечи и саркастическую ухмылку. На нем были темные джинсы и тяжелый серый свитер с молнией у шеи. Воротник закрывал его до подбородка. На мой взгляд, он был похож на актера из мыльной оперы. Как раз сегодня смотрел одно из таких шоу и подумал, что оно смехотворно банальное. Но дамам они наверняка нравятся, так что, возможно, он им тоже приглянулся.
Но серьезно, чувак? Ты позволяешь людям называть себя Очаровашка?
— Итак, по сути, ты сближаешься с людьми, заставляешь их доверять тебе, как себе, а потом сопровождаешь их.
— Типа того. — Он улыбнулся мне, что говорило о том, что ему нравится его работа.
Я задался вопросом, нравится ли он самому себе, после всего того, что он сделал. Эта мысль заставила меня напрячься — я никогда раньше об этом не задумывался. О том, нравлюсь ли я себе. Наверное, я всегда знал, свое место в этом мире. На самом дне. И делал все возможное, чтобы выжить. У меня никогда не было такой роскоши, как чувство собственного достоинства. Но сейчас, сидя здесь, казалось, что чувство собственного достоинства — это не роскошь, это то, что должен иметь каждый.
Очаровашка окинул меня тяжелым взглядом.
— Ты сомневаешься по поводу работы?
Я сел чуть прямее.
— Я? Нет.
— Тогда почему она не выполнена?
— Убить ее оказалось сложнее, чем я думал.
— Да, но не закончить работу было бы еще труднее.
— Что ты имеешь в виду?
Он ухмыльнулся.
— Серьезно? Ты не спрашивал, что будет, если не выполнишь работу?
Нет. Не спрашивал. Джи Ар (с каких пор он стал для меня Джи Ар, а не мистером Барнсом?) не предоставил мне выбора по поводу выполнения задания. Или это, или вечность в аду. Выбрать было нетрудно.
Очаровашка закатил глаза.
— Тебе дали определенное время на выполнение задания. Чтобы проявить себя как Эскорт Смерти. Если не справишься с работой, тебя отзовут.
— Отзовут? — спросил я.
— Значит, твой симпатичный фиолетовый дух высасывают из тела, и ты отправляешься в судьбу, которая, как я слышал, хуже ада. Бесконечный мир пустоты, застрявший между местами, все еще думающий и чувствующий, но полностью потерянный в пустоте, где ничего нет. Ад, на самом деле, звучал заманчивее. Я пожал плечами.
— Я не переживаю о том, что меня отзовут, — сказал я, и это слово странно прозвучало моем языке. — Я выполню работу.
— Тебе же лучше. Я очень заинтересован в этом задании. Я буду следить за тобой.
— Почему тебя это так волнует?
— Скажем так, меня кое-что ждет, когда она умрет.
Что-то внутри меня хотело сказать ему, чтобы он держался подальше от Пайпер. От одной мысли о том, что он рядом с ней, у меня мурашки по коже бегали. Но я не позволил себе показать это. Это раскрыло бы больше, чем мне хотелось. К тому же я не очень понимал, что означают эти чувства.
— Что ты от этого получишь? — спросил я.
— Джи Ар ничего тебе не сказал?
Я пожал плечами. Я и сам начинал задаваться этим вопросом.
— Иногда Эскорт получает больше, чем просто плату после устранения Цели. Иногда получаем способности.
— Способности. — Я насмешливо хмыкнул.
— По этой причине мы не убиваем всех подряд. Именно поэтому у нас есть Цели.
— Значит, некоторые жизни ценнее других.
— Именно. У некоторых из них куча денег — вот они-то в основном и являются моими мишенями. — Он сверкнул улыбкой, и я смог разглядеть очарование, которым он хвастался. Меня осенило, что он привык выманивать у людей деньги, а потом убивать их. — А некоторые, — продолжил он, — обладают способностями, полезными для нас.
Я знал, что у Пайпер нет денег. Это означало, что у нее должны быть какие-то способности. Что бы это могло быть? Я отогнал эту мысль, потому что возникла другая.
— Как кто-то может забрать чужую способность? Как вообще можно узнать, у кого она есть?
— Ты не в курсе? — удивился Очаровашка, ухмыляясь так, словно у него был секрет, о котором никто не знал.