— Кофе, — сказал он с отчаянием в голосе.
Я рассмеялась и пошла на кухню, чтобы включить кофеварку.
— Знаешь, этой штукой очень легко пользоваться, — сказала я, указывая на кофеварку.
Он хмыкнул, будто не соглашаясь, и отвернулся, чтобы посмотреть в окно на прекрасный простор земли и снега. Когда кофейник наполнился примерно наполовину, я достала его и налила две чашки. В холодильнике был только пакетик со сливками, и я налила примерно половину в его кружку. Когда я попробовала то, что он пил в закусочной на днях, я решила, что примерно такое количество и нужно.
Я взяла обе наши кружки и направилась через всю комнату к тому месту, где он стоял, он взял свою и выпил примерно половину одним большим глотком. Он одобрительно застонал, а я покачала головой и сделала глоток своего кофе с меньшим количеством сливок.
— Давай займемся чем-нибудь, — сказал Декс, его голос был полон энтузиазма, как будто кофе сразу же придал ему сил.
— Чем например?
Он допил оставшийся кофе из своей кружки, причмокнул губами, затем отвернулся от окна и направился к своей сумке, стоявшей в углу.
— Оденься потеплее, — сказал он. — Увидишь.
— А как же мой кофе? — спросила я, улыбаясь. Мне нравилась эта его энергичная сторона.
— Допивай, женщина. Будет весело!
Он засуетился по комнате, надевая несколько слоев одежды, пальто и вязаную шапку. Затем подошел к двери хижины и оглянулся через плечо.
— Я вернусь.
— Куда ты идешь?
— За весельем. Я принесу его тебе прямо сюда.
— Я заинтригована.
— Я знаю, — драматично сказал он. — Будь готова, когда я вернусь!
Снег залетел в дверь, когда он открыл ее и вышел. Я допила кофе из чашки, поставила ее в раковину, а затем пошла утепляться. Я понятия не имела, что он задумал, но очень хотелось это выяснить.
К тому времени, как я оделась и натянула пальто и перчатки, я услышала что-то снаружи. Я подошла к двери и выглянула в маленькое окошко рядом с ней. Наше «веселье» было припарковано прямо у входа.
Я отступила назад как раз в тот момент, когда Декс распахнул дверь, его щеки порозовели от холода.
— Поехали! — В его руках было ключи.
— Это и есть твое представление о веселье? — озадаченно спросила я.
Он кивнул, не заметив сомнения в моем голосе.
— Давай, выходи! — сказал он и исчез за дверью.
Я вздохнула. Не было никаких сомнений в том, что Декс мне нравился — я даже была влюблена в него. Но это. В этом я не была уверена.
И все же я осторожно вышла на улицу.
Глава 39
Декс
«Гипотермия — аномально низкая температура тела, часто вызванная длительным воздействием холода».
— Ты уверен, что уже можешь садиться за руль? — настороженно спросила Пайпер, переводя взгляд с меня на ключи в моей руке.
— Я в порядке. У меня не было сотрясения мозга, и даже голова больше не болит. — Она посмотрела на арендованный мной снегоход и нахмурилась. — Я не знаю, как управлять этой штукой.
Я вздохнул.
— Разве мы не приехали сюда повеселиться?
Где-то между появлением Чарминга и моей клятвой закончить эту работу я забыл, почему вообще заключил эту сделку.
Да, ради денег.
Но дело было не в самих деньгах. На самом деле, разве я не понял прошлой ночью, что деньги меня совсем не волнуют? Но меня по-прежнему волновало то, что эти деньги могли бы мне принести. Больше впечатлений, лучшую жизнь — вот чего я действительно хотел. Я хотел веселиться и делать то, чего никогда не делал, потому что был слишком занят выживанием.
Поэтому я взял напрокат снегоход.
Конечно, это был, вероятно, хороший способ убить мою Цель, но разве мы не могли сначала немного повеселиться?
— Я никогда раньше не каталась на снегоходе, — призналась Пайпер.
Я видел, что ей понравилась эта идея. Я тоже никогда на нем не ездил, но признание в этом, вероятно, не внушило бы доверия к моему вождению, поэтому я промолчал.
Я вручил ей пару защитных очков, а затем надел надел свои поверх других. Я не стал терять времени, забрался на снегоход и повернулся к ней.
— Ну что? Едешь?
— Ладно. Только не убей нас.
Я сделал вид, что не услышал ее.
Через несколько секунд она забралась на заднее сиденье и обхватила меня за талию. Жаль, что на нас было так много плотной одежды, потому что мне вдруг захотелось почувствовать, как она прижимается ко мне.
Но за этой мыслью последовало знакомое чувство тошноты, которое я всегда испытывал, когда находился рядом с ней. Это был способ моего тела напомнить мне о том, что я должен сделать. Я хотел, чтобы оно осознало, что я очень стараюсь, и дало мне немного отдохнуть.