Стиви Рей схватила бутылку газировки и, зевая, пристроилась за столом.
— Угу, вроде того. В туннелях легче не спать днем, но, скажу вам, сегодня я здорово устала. Старк уже спит?
— Ага. — Стиви Рей показалось, что Зои чем-то обеспокоена. — У него проблемы со сном после… Ну, ты поняла, возвращения из Потустороннего мира. Поэтому, когда он засыпает, я просто ухожу.
— Время лечит, скоро он вернется в норму, — успокоила ее Стиви Рей.
— Надеюсь, — откликнулась Зои, закусывая губу.
— Кстати о парнях. Твой уже превратился в птичку? — поинтересовалась Афродита.
— Да, — сузив глаза, ответила Стиви Рей. — И я не хочу это обсуждать.
— Но нам нужно узнать, зачем вороны-пересмешники сегодня прилетали в школу, — без враждебности в голосе поинтересовался Дарий. — И так как Рефаим сейчас не может ответить на наши вопросы, мы надеялись, что дать объяснения сможешь ты.
— А я-то думала, мы собираемся, чтобы побольше узнать об Истинном Зрении, — парировала Стиви Рей, чувствуя нестерпимое желание защитить Рефаима.
— Так и есть, но и текущие дела стоит обсудить, — заметил Дэмьен. — Я думаю, это никому не помешает, а ты?
С мальчиком-талисманчиком просто невозможно было спорить, особенно когда он так мило и взволнованно улыбался. Стиви Рей встретилась с ним взглядом:
— Согласна. Для начала, как держишься ты?
Дэмьен несколько раз моргнул, словно удивившись вопросу, и от этого Стиви Рей почувствовала себя дрянью. Словно она забыла, что Дэмьен потерял Джека всего несколько дней назад.
— В школе было получше. Но я сделал шаг к нормальной жизни. — Дэмьен говорил медленно и осторожно, тщательно подбирая каждое слово. — Там я жутко скучал по Джеку. Это безумие, но я постоянно ждал, что он вот-вот появится из-за угла.
— Это не безумие, — сказала Зои. — Я тоже постоянно жду появления Хита. Так тяжело и больно, когда кто-то умирает так рано. — Все смотрели, как меняется выражение лица Зет, после чего она добавила: — Моя мама, например. Знаю, что весь прошлый год я жила в Доме Ночи, да и до этого мы с ней были не слишком близки, но осознать, что ее нет на этом свете, очень сложно. Поэтому я прекрасно тебя понимаю, Дэмьен.
— И мне от этого легче, — ответил тот. — От того, что вы, ребята, понимаете, каково это — потерять близкого человека. — Он улыбнулся Стиви Рей. — Поэтому мой ответ на твой вопрос: я держусь нормальнее, чем можно было ожидать.
— Отлично. Следующий вопрос, а точнее, возвращаемся к первому, — сказала Афродита. — Что делали птицелюди в Доме Ночи?
— Их послал Калона. Чтобы они передали Рефаиму, что папаша примет его обратно, если тот признает, что совершил ошибку, выбрав меня и Богиню. — Стиви Рей покачала головой. — Иногда я думаю, что Калона просто тупица.
— Что ты имеешь в виду? — спросила Зет.
— Черт, да мы с Рефаимом всего месяц официально встречаемся. Можно было бы подождать до нашей первой ссоры со своим: «Ооо, бедный мальчик, ты совершил ошибку!»
— А что ответил Рефаим? — задал вопрос Дарий.
— Ну, а ты как думаешь? — Стиви Рей почувствовала прилив гнева. — Он попросил их передать Калоне, что никаких ошибок не совершал и назад не вернется. Конец фильма.
— Да, но так ли это? — усомнилась Афродита.
— Так ли что?
— Что это конец? Разве Калона не намерен болтаться поблизости, пытаясь снять с Рефаима розовые очки?
— А даже если и так? Рефаим больше не в его команде. И уже давно за него не играет.
— Это ты так говоришь!
— Это он так говорит! — Стиви Рей казалось, что она сейчас взорвется. — Так говорит его отец. Так говорят братья. Даже Никс так говорит! Сама Богиня простила его! Что, черт возьми, Рефаим должен сделать, чтобы доказать вам, что он изменился?
— Эй, никто и не говорит, что Рефаим должен что-то доказывать, — поспешила вмешаться Зои, бросив на Афродиту взгляд, в котором читалось «Не лезь!» — Но нам нужно знать, что задумали Калона и вороны-пересмешники.
— Зет, ничего они не задумали. А Рефаиму было действительно больно, когда этот проклятый парень-бык убил одного из его братьев. Серьезно, ребята, пересмешники не делали ничего плохого, они просто разговаривали с ним. Пришел Дракон и разозлился, и мы прекрасно понимаем, почему: из-за Анастасии. Но все равно, пересмешники только защищались. А вот задуматься следовало бы об Ауроксе.
— Ага, только здесь нет того, кто может ответить за Аурокса, поэтому мы спрашиваем о Рефаиме, — заметила Афродита.